Ангел без имени

На Земле, пусть и регулярно огребая, жилось ему гораздо лучше, чем в Пекле. Вот и сдал командира когорты. Да, пользуясь случаем поясню, шестьсот шестьдесят шесть проклятых – это когорта, одна десятая легиона. Командует когортой, как правило, центровой – выходец из чертей, претендент на звание демона. Но иногда может быть и самый настоящий младший демон. Демонов, кстати говоря, за последние сто лет я не видел ни разу, с тех самых пор, как тринадцать из них в течении одного единственного боя развоплотил. Опасаются.

Насылают всякую мелочь, прямо скучно.

И этот не был исключением. Самый обычный черт, только очень толстый, матерый. Он стоял у окна напряженно вглядываюсь в дождливую серость и беззвучно шевелил жирными губами под висячим волосатым свиным рылом. Мочить такого следовало исключительно наверняка.

Можно и просто руками, но ведь восстанет через пару минут. Он уже довольно значительная в преисподней фигура, чтобы ему дали второй шанс. А то и пятый. А может и десятый. Короче, следовало придумать нечто убойное.

Благо, так сказать, домашних заготовок у меня было завались. Особенно в тех частях города, где мы с Юлей регулярно бываем. В частности, около площадки для выгула собак.

Черт понял, что что-то идет не так буквально за полсекунды до того, как я ухватил его за горло и понесся по торговому залу пролетая сквозь стеллажи, стены, товары и людей. В отличии от рядовых исполнителей, этому конкретному черту доверили Кровавый Трезубец, оружие очень грозное, если применять его на небронированного ангела.

Но в моем случае красные вилы только бессильно скрежетали по броне, не оставляя даже царапин.

За торговым центром, буквально в полукилометре находилась старая намоленная церковь. Батюшка, хранителю которого я регулярно помогал избавляться от напарника, жил при ней и слыл человеком почти святым. Прикинув время, я влетел прямо в его скромную комнатку и швырнул орущего черта под образа. Иконы полыхнули Небесным Светом, и не выдержавший напора черт проявился в нем во всей своей антикрасе.

Священник в это время отбивающий земные поклоны разогнулся, увидел перед собой страхолюдину и осенил крестным знамением. Вопль изгоняемого центрового я слышал даже на подлете к собачьей площадке.

 Черти, лишившись командования, запаниковали. Те, что сгоняли и держали грозовые тучи сбежали первыми и солнышко уже стало пускать своих зайчиков в пока еще редкие просветы. Дождь все еще шел, но было заметно, ярость его стихает.