Долина Студеного Пика

А я мотаю головой, пытаясь прогнать его остатки. Подозрительно кошусь на Кешу.

– Ты на меня неправильно влияешь, – заявляю ему. – Из-за тебя мне видится всякое непонятное. Сам себя драконом считаю.

– Кешшша дррракон! – гордо задирает клюв химероид. – Хозззяин пыж…

– Заткнись! – прерываю его. – Иначе без еды оставлю.

Тот сразу исправляется.

– Хозззяин хоррроший? Жрррать?

– Вон, труп жри, – предлагаю ему.

Но трупа не оказывается. В том месте сейчас лежат вещи убитого чувда. Само тело исчезло. Значит, ушло на перерождение.

Если здесь обитает целое племя этих непонятных людей, то за мной скоро могут прийти. Нужно валить и поскорее. Но сначала трофеи.

Качественный короткий меч грубой ковки.

Урон: 11 – 16.

Прочность: 123 из 160.

Хорошая штука. Не такая громоздкая и тяжелая, как моя секира. Ничего страшного, что урон ниже. Пока двуручной дурой разок замахнусь, этим клинком можно два удара сделать. Однозначно брать.

Одежда чувда сделана из шкур тонкой темно-серой кожи с очень коротким, почти невидимым мехом.

Защиту она дает примерно такую же, как моя экипировка. Но весит меньше. А еще в темных пещерах, да на фоне камней, она менее заметна. Не то что мои белые шкуры, которые сильно здесь демаскируют.

Из-за того, что я опасаюсь появления новых противников, переодевание откладывается. Беру в охапку вещи убитого, и чешу к одному из темных выходов. Понятия не имею, откуда могут появиться новые чувды, но надеюсь затеряться в пещерных переходах.

Кеша цокает за мной. Тоже демаскирующий фактор.

Но не такой мощный, как его скрипучий голос. Чтобы он заткнулся и перестал просить «жрррать», приходится дать ему пожрать.

Блин, он так меня совсем без припасов оставит! Потом с ним проведу разъяснительную работу. Сейчас же на мои слова, что шуметь опасно, этот тупорылый химероид вообще не реагирует. А прогоняю – не уходит. Уворачивается от пинка и следует за мной на расстоянии. Засранец!

Пройдя пару развилок, нахожу небольшой закуток меж камней и втискиваюсь туда.

Теперь можно немного расслабиться.

Регенерация этого тела творит чудеса. Ладонь больше не кровоточит и в перевязке не нуждается. Болезненный и припухший шрам пока остается, но и он, думаю, скоро рассосется.

Раздеваюсь и обмазываю тело слизью. Пернатый кробоящер с любопытством взирает на мои действия. А сунув клюв горлышко бутыли, отдергивается и недовольно фыркает.

– Дрррянь!

– Сам ты дрянь, – бросаю ему. – И не шуми.

Даю время ране зажить, а первому слою слизи немного застыть.