Время орка

Сейчас же он чувствовал острую потребность поговорить хоть с кем-то, потому что иначе ему пришлось бы остаться один на один со своими собственными мыслями.

– Тебя… – Алим сделал паузу, вероятно подбирая нужные слова, – коснулась тьма. Ты бредил, кричал, говорил вещи, которые не мог знать.

– Вещи, которые не мог знать?

– А… не важно. – Алим махнул рукой, как бы говоря, что это не стоит дальнейшего обсуждения. От этого жеста по его просторным тёмным одеждам прошла волна складок, и Ош понял, почему вид этого человека тревожил его.

Алим был похож на огромного старого ворона.

«Птицы, слетающиеся на запах смерти», – подумал орк.

Алим помог Ошу сесть и опереться спиной о ствол старой сосны. Орк отметил, что грудь его туго перетянута лентой из желтоватой материи, на которой ещё сохранились следы подсохшей крови. Злосчастная стрела исчезла. 

– Что было, то прошло. – Алим открыл крышку небольшого котелка, висящего над тлеющим костром, и принялся раскладывать по мискам его содержимое.

– Давай забудем о горестях и разделим пищу, Ошорк. Там, откуда я родом, принято так поступать.

– Как ты меня назвал? – переспросил Ош, по спине которого прошёл какой-то неприятный холодок.

– Ош. Разве это не твоё имя? – улыбнулся Алим, протягивая миску с пищей.

Ош готов был поклясться, что услышал что-то другое, но стоило аромату еды достигнуть ноздрей его маленького плоского носа, как орк забыл обо всём на свете и принялся жадно поедать содержимое миски.

Насколько он мог судить, похлёбка была приготовлена из кролика. У неё был довольно необычный вкус, но, опустошив посуду, Ош, не стесняясь, попросил добавки. Когда же Алим вынул из своей походной сумки лук, хлеб и какой-то пряный жир, орк вовсе разомлел.

– Знаешь, а ты счастливчик, Ош, – заявил Алим, когда они расправились с едой. Теперь он делал что-то вовсе непонятное. Достав небольшую плошку, старик насыпал туда каких-то тёмных зёрен и принялся мелко перетирать их округлым камнем.

Над лесной стоянкой тут же поднялся резкий необычный запах.

– Потому что встретил единственного в мире человека, который при встрече не хочет разбить орку голову? – усмехнулся Ош и сам удивился столь неожиданному красноречию. Конечно, он был далеко не глуп по меркам орков, но не помнил, когда ещё он мог изъясняться столь изящно и остроумно.