Время орка

На мгновение в голубом глазу вспыхнула холодная искра, но её никто не заметил. Завизжав от боли и удивления, Пластун вылетел наружу, разорвав своим тощим телом видавший виды навес.

– Какого лешего? Что у вас там творится? – сердито прозвучал громогласный бас Ургаша.

– Дурной Глаз людей защищает, – тут же пожаловался Пластун.

– Что? – взревел Ургаш, и через считаные мгновения его огромная фигура оказалась рядом.

Маленькие жёлтые глазки прыгали то на Оша, то на людей. Во взгляде вождя разгорался уже знакомый Ошу огонь.

– Назови хоть одну причину, по которой я не должен выпустить вам троим кишки?

– Они будут нашими пленниками, – нашёлся Ош и порадовался тому, как ровно и уверенно прозвучал его голос.

– Зачем нам пленники? – спросил вожак, потянувшись за своей ужасающей палицей. – Лишние рты.

– Уверен, они могут быть нам полезны, Ургаш, – продолжил Ош, сжав покрепче короткий меч. – Люди, которых мы убили, искали их. Мы сможем выменять за них много еды и доброй стали.

– У нас и так теперь есть много еды и доброй стали, – усмехнулся Ургаш, и Ош с удовольствием отметил, что это прозвучало уже не так угрожающе.

Он думал, какой ещё аргумент можно было бы привести, чтобы убедить вождя, но тут в разговор неожиданно вмешался старик.

– Я – Бартоломью Локвуд, ключник дома Олдри, – сказал он, бросив нож на пол, – а этот юноша – господин Адам Олдри, сын и наследник Юстаса Олдри, одного из семи виконтов Востока. Мы сдаёмся на твою милость, могучий Ургаш.

Ош чуть заметно улыбнулся. Знал ли Локвуд обычаи орков, или ему просто повезло, но это были правильные слова.

Ургаш смерил Локвуда испытывающим взглядом, и Ош напрягся. Это был тот самый взгляд, которым вождь наградил самого Оша в их первую встречу. В этот момент Ургаш решал, жить тому, кто стоит перед ним, или умереть.

Внезапно огромный, как гора, орк разразился грубым, оглушительным хохотом.

– На милость… – бормотал он, когда спазмы немного отпускали его живот, – милость Ургаша? А что завтра? Он решит покормить с рук варгов или обняться с медведем?

Ош никогда не видел, чтобы вождь так хохотал.

Что последует за этой необычной сценой? Жуткий великан с одинаковой вероятностью мог и пощадить старика, и повесить его на собственных кишках. Когда приступ смеха наконец исчерпал себя, Ургаш обратился к Ошу:

– Ладно, будь по-твоему, Дурной Глаз, но учти, что они – твоя проблема. Если они сбегут, я освежую тебя заживо.

Сказав это, Ургаш вышел.

– Я – Ош, – представился орк, повернувшись к пленникам.