Время орка

Земля вокруг столицы делилась на уделы, так же как и земля провинций, но правили этими владениями не виконты, а бароны, подчинявшиеся непосредственно королю. При этом на аристократической лестнице бароны стояли ниже графов и герцога, но выше виконтов, что делало их четвёртыми по значимости людьми государства.

Звания, титулы, гербы, лозунги, этикет… Обычно от всех этих хитростей устройства человеческого общества голова Оша шла кругом. То ли дело занятия с мечом или копьём, которые ему так нравились.

Двигаясь по главному проезду, они выехали на широкую площадь, в центре которой на высоком постаменте застыл тёмный силуэт человека.

Его недвижный взор был обращён на восток, а голову венчал странный головной убор, напоминавший обруч из перьев. Каменное тело защищали от непогоды столь же каменные доспехи.

– Отец говорил, что это Конрад Завоеватель, дед нынешнего короля, – пояснил Адам, поравнявшись с Ошем. – Много лет назад он покорил Восток, положив конец мозаичным векам. 

За гордым монументом центральный проезд продолжался до самого Кингстоуна, величественного королевского замка, стоящего в изгибе Сестры, крупнейшей реки Сероземелья, разделявшей столицу на две части.

Однако вниманием Оша завладел не памятник и даже не маячившая вдали королевская твердыня.

Площадью, на которой они оказались, правила внушительная каменная громада, окружённая толстыми витыми колоннами. Череда длинных ступеней вела к массивным медным дверям, украшенным какими-то надписями. Стены покрывали изумительные рельефные изображения, рассказывавшие историю, понятную даже неграмотному орку.

– Это высший санкторий, – с оттенком гордости произнёс Адам, – главный храм королевства. Ему больше пяти столетий. Он возведён ещё при жизни Зигмунда Строителя.

В замысловатых картинах угадывались фигуры людей, а также тех, кто, очевидно, ими не являлся. Образы кружились вокруг друг друга и переплетались, почти оживая в глазах Оша. Символичные сюжеты почему-то рождали бессознательное чувство участия, тревоги и даже беспричинной злости.

Ош показал облачённой в латную перчатку рукой на изящную фигуру, тянувшую тонкие пальцы к изображениям людей.

– Кто это? – спросил орк.

– Древние, – с благоговением в голосе ответил Адам. – Они жили очень давно. Могущественные, мудрые и благородные создания, оставившие свой мир в наследство нам, людям.

Ош понял, что речь идёт о вере людей. Локвуд не уделял ей много внимания во время их занятий. Сами орки особенно ни во что не верили.