Старый рыцарь

Редкой, величественной породы. Настоящий боец. Чемпион».

Эти мысли успокаивали старика. Он любил размышлять об этом и ему становилось немного легче.

— Вам больно, сьер?

— Рыцарь обязан уметь терпеть боль, — слабо произнес Фолкмар, — Это мой второй урок. Так уж случилось, что он получился таким наглядным. Тебе будут ломать носы, будешь получать по голове, коленям… Иногда и мягкое будет побаливать, — Фолкмар вспомнил, как его однажды пырнули воры в левую ягодицу, когда он охранял виноград одного мелкого лорда, — Не было бы рыцарей, если б не было в них нужды.

Кто-то должен терпеть боль за других. Такое уж наше ремесло.

— Я не люблю боль, — озадаченно ответил Дуг, — Но ради рыцарства готов потерпеть.

Фолкмар оглянулся: ничего не поменялось с тех пор, как он вошел во тьму. Природа слишком медленна, чтобы заметить чью-то смерть.

— Где же Чемпион?

— Он на пригорке у входа в рощу. Жует траву. Он постоянно это делает.

У Дуга были закатаны рукава по локоть, новые штаны перепачканы в земле и чьей-то засохшей крови.

Фолкмар нахмурился.

— Разве кабаны больше не ходили здесь?

— Ходили. Целая толпа.

— Ох… — прыснул Фолкмар, — И как же… они не тронули тебя?

— Сначала мы с Чемпионом от них убегали. Вернее, он убегал, а я сидел сверху, — Дуг довольно улыбался, будто уже получил одобрение от наставника, что может держаться в седле, — Они и сюда хотели пробраться, но не смогли. Потом я начал спускаться к вам, и они уже не могли добраться до нас обоих. А потом Чемпион лягнул одному копытом прямо в лоб, когда он стал гоняться за ним, и тот сразу помер.

С тех пор я не видел здесь кабанов.

Что ж, Чемпион это может. У него крутой нрав и тяжелые подковы. Характер коня был непростым, легкими у него были только бег да грива, веющая на ветру. Гибкое сердце Фолкмара часто не справлялось с таким жеребцом, ему нужен был хозяин с твердым характером, который усмирит его крутой нрав. Такой же боец, с железной рукой. Он должен знать, когда давать яблоки, а когда нет.

Когда похвалить, когда показать, кто из них двоих главный. Но Фолкмар давал ему гостинцы сразу, как лишнее оказывалось в его ладонях, даже когда Чемпион кусал его за руку от нетерпения. Нельзя было так делать… ох, нельзя. Раньше он рубил кракенов и командовал отрядом, а сейчас… Старость сделала из рыцаря ребенка. Что же он сможет дать Дугу, кроме своего ворчания, да временами полного живота?

— А чем это пахнет? — тяжко вставая на ноги, спросил Фолкмар.