Старый рыцарь

«Кабан или вепрь, свинья есть свинья, и не важно, насколько она опасна, — с презрением подумал Фолкмар, — А ты и есть свинья, и клеймишь себя правильно».

Давненько он не был таким злым. Мыслями своими, он, казалось, мог разнести всю эту таверну вместе с пьяницами внутри. Но его никто не заметил в темноте двора, лорд прошел со спутниками внутрь, весело обсуждая предстоящий праздник. Фолкмар сделал шаг назад — злость злостью, а неприятностей ему в этот вечер хватило, и на все последующие вечера тоже.

Дверь захлопнулась, и он снова остался один.

— Сир Фолкмар? — услышал он робкий голос в темноте ночи.

Что опять?

— Сир Фолкмар, я видел, как вы вышли, — из двери высунул голову растрепанный Маркус, пытаясь вглядеться в спокойствие ночи. Затем он выглянул весь, спрыгнул с порога в грязь. Где-то вдали, в конюшне, заржали лошади.

— Ты что, следил за мной? — рассердился Фолкмар.

— Вот вы где…

— Иди своей дорогой, мальчик. Мы все с тобой решили, и больше я не собираюсь ничего обсуждать.

— Погодите, сир Фолкмар! Я вовсе не о том… — Маркус не потерял своего возбуждения, но голос его уже не казался гневным. Он подошел к Фолкмару в ночи, — Я, право, виноват перед вами. Несправедливое обвинение хуже несдержанного слова. Я вел себя ужасно, мой дядюшка бы осудил это… но так получилось. Простите меня.

— Правда? — густые брови Фолкмара приподнялись, — Ну, раз так, хорошо. Я тебя прощаю. Можешь идти, я не держу тебя.

— Мне хотелось бы искупить свою вину, — такие как Маркус не отстанут, пока их доблесть не получит желаемое, устало подумал Фолкмар, — Я слышал, вы хотите попасть на турнир?

— Хочу.

— Я могу выступить против вас, если вы позволите мне…

— Выступить? — вот уж, действительно, чудной вечер, — Ты? Против меня? Ты же понимаешь, какая слава будет потом тебя преследовать, мальчик?

— Знаю, — Маркус выкатил грудь колесом, — Но долг сильнее пересудов. Ведь благородство рыцаря внутри его сердца, а не в людских языках, — Маркус ненадолго задумался, — К тому же, я не возьму у вас ни коня, ни доспехов, ни денег, когда одержу победу.

— Что ж, разумно, — на мгновение Фолкмар даже проникся уважением, — Но, надеюсь, ты не будешь кричать об этом на каждом углу? Этого добра хватает и по кабакам, трепаться каждый горазд.

— Нет, что вы, сир, я буду нем, и только мои поступки будут говорить за меня!

Фолкмар вышел в свет факелов.