Старый рыцарь

Зачем ты пришел ко мне?

— Я пришел вернуть долг, — не стал юлить Фолкмар, предпочитавший во всем простоту и ясность.

— А я и забыл, насколько ты прям, — еще сильнее рассмеялся Дарлос, сделав и без того красные щеки еще краснее. Он потянулся к бутылке, чтобы налить Фолкмару, и тот не отказался. Сделал он это просто, по-свойски, а до того отпустил все любопытные уши. В шатре не было слуг, только они вдвоем, — Прямой, как клинок Великого Воина, так же в народе говорят? Так, так… Ладно, выкладывай.

— Я взял к себе мальчишку, оруженосца. Но, боюсь, дни мои подходят к концу, — нет, Фолкмар не боялся, он был рад, но Дарлосу не обязательно было знать об этом.

— Взял мальчишку? Ты был стар, когда мы повстречались в первый раз, и с тех пор ничуть не помолодел. Не проще ли вообще никого не брать в воспитанники, зная об этом?

— Так получилось, — сконфузился Фолкмар, — После моей смерти ему некуда будет пойти, я хотел попросить за него.

— Взять мальчишку? И всего то? — прыснул Дарлос, — Ты тянул с долгом двадцать весен, я думал, услышу что-то вовсе неподъемное. Я возьму твоего мальчишку, у меня полно поварят, да и конюших не меньше. Не будет страшно, если появится еще один.

— Нет, Дарлос, я хочу, чтобы ты взял его своим оруженосцем. Не только у тебя есть долги, — вздохнул Фолкмар, отщипнув от цыплёнка, лежащего на тарелке, — Вот и мне приходится их отдавать.

— В рыцари, — мохнатые, словно две жирные гусеницы, брови Дарлоса взлетели вверх, — Сколько, говоришь, твоему мальчишке весен?

— Девять, или десять… кто ж его знает.

— Десять весен! — прыснул Дарлос, на мгновение потеряв дар речи, — И ты хочешь посвятить в рыцари? Он меч-то хоть держать умеет?

— Он чистил его пару раз, и хорошо ходит за конем.

— В твои годы давно уже пора разучиться спешить, — нахмурился вмиг посерьёзневший Дарлос, — Так как ты хочешь, чтобы я взял его оруженосцем, если ты уже надумал посвятить его?

— Он произнесет клятву, но станет рыцарем только когда научится всему.