Третий слева

Они бы нас убили – мы мало что умели в одиночной схватке, еще меньше могли, в отличие от противников, явно обученных действовать в связке. От смерти нас отделяло хорошо, если десяток ударов, вкупе с выпадами. А тут хоть шипи, рычи, проклинай богов – все пустое.

Но сбоку, словно Проклятый, из-под земли появился сержант. Не знаю, что он там сделал, но один враг упал в грязь, держась за ногу. Его добил Кол, другой же повернулся ко мне спиной, и тут я не сплоховал и со всей силы ударил по шлему. Боль пронзила кисть руки, да и плевать, главное противник качнулся вперед под клинок сержанта.

Третий продержался против нас не более пяти ударов, и, насколько я мог видеть, зарубил его Кол.

Верзила, переломавшись пополам, оперся на меч, надсадно хрипел, стараясь восстановить силы. Я же усиленно пытался сглотнуть ком в горле, дабы хлебнуть воздуха как можно больше. Один сержант выглядел, как вначале битвы, разве что грязный и в крови, еще и щит потерял.

– Уходим, – он наверняка кричал, но приказ я смог понять только по движению губ.

Я только собрался со всем возможным рвением выполнить приказ, как лицо сержанта исказила гримаса ярости, а из левой стороны груди появился наконечник стрелы. Он сделал несколько шагов, лицо приняло доселе не видимое выражение удивления. Еще шаг и он повалился на меня. Я инстинктивно подставил руки, хватая раненого под мышки. Измотанный битвой, едва устоял на ногах, поднял взгляд в поисках помощи и мысленно выругался. От нашего взвода хорошо если осталась дюжина бойцов, и те спешно отступали, в отличие от врага, который уверенно перегруппировывался.

Я стиснул зубы и потащил наставника за линию прорыва. Там ветераны, они помогут и защитят. Пять… десять шагов… где же эта преграда? Я оглянулся, но без толку – впереди лишь разбитые дома. Ноги наставника тянулись по земле, оставляя за собой две неглубоких борозды, и когда они пересекли месиво из следов, я осознал – уйти к своим не выйдет, проход обрубили.

– Какого хера, Грант? – Кол ошарашено смотрел на меня, словно я знал ответы.

– Надо бежать, – прохрипел я, от напряжения горло пересохло. – Держи его.

Руки начали разгибаться, а тело настойчиво поползло вниз, сил держать сержанта не было. Кол лихо подхватил бесчувственное тело, водрузил на плечо, нисколько не заботясь про удобства раненого.

– А теперь бежать, – я махнул в сторону ближайшего дома.

О продолжении сражения и речи идти не могло. Нас тут просто перебьют как телят на бойне.