Третий слева

В моей незамутненной голове бордель всегда рисовался, как сборище разудалых мужиков с девицами на коленях, и лестницей на второй этаж, куда то и дело уходили парочки. Все просто и понятно, но никак не вот это, вальяжное и приторное.

Пробежался взглядом по остальному интерьеру: на стенах картины еще более пикантные, чем в коридоре, множество штор, отделяющих закутки от общего зала, и лестница, огромная и громоздкая, занимающая солидную часть пространства. Прикинул в уме, решил, что мадам может находиться только наверху, как капитан на мостике.

– Парни, за мной, – отдав приказ, решительно двинулся вперед. Слава всем богам разом, никто из девиц не пытался вешаться нам на шеи.

Я едва успел подойти к первой ступеньке лестничного марша, как за спиной раздался гогот, перемежающий с женскими криками. Обернулся. Третий десяток вступил в зал и принялся без затей и лишних слов лапать девиц и хвать бутылки с винами, внося сумятицу и хаос в этот чахлый притон, при этом не встречая практически никакого сопротивления.

Только вышибалы с серьгами хмурились и перешептывались. Эти бандиты, ряженые под стражников, явно пришли насладиться жизнью, а никак не арестовывать. Теперь понятна их задача – внести сумятицу, гам и как можно больше хаоса. А мы под шумок сможем заняться своими делами.

Я заметил движение сбоку, и едва успел ухватить Сэмса за рукав.

– Ты куда? – прохрипел я.

– Да они… посмотри? – возмутился парень, – они там… это неправильно.

– Сейчас придут вышибалы и все расставят на свои места, – безмятежно заявил Мел, – у нас задание.

Более не мешкая, мы взбежали по лестнице, кроваво-красная дверь сразу привлекла внимание. Я едва приблизился, как створки распахнулись, и я нос к носу столкнулся с девушкой, с красивым восточным лицом, полным холодности и решимости. Инстинктивно отступил на шаг и смог заметить на ней мужскую одежду, словно снятое с плеча щегла из золотого кольца. Столь экзотической охраны мне видеть ранее не приходилось.

Поборов мгновение замешательства, двинулся вперед с намерением отстранить девушку.

Вытянул руку, восточная девица каким-то невероятно плавным движением перехватила мою кисть, увела в сторону. И вот я уже семеню вдоль стены с цветочной рисовкой.

– Опять Обр… – глухое раздражение вырвалось из меня. Как же я устал от них, шагу ступить нельзя, чтобы не нарваться на это племя. Теперь понятно, откуда у народа зародилась легкая неприязнь, а то и ненависть к Обрам. Неприятно, когда тебя каждый день тыкают в твою немощность.