Третий слева

– Сержант Грант, – если до этого голос ан Ворна можно было назвать приятным, пусть и чуть отстранённым, то в беседе со мной не осталось ничего кроме бездушных уставных букв, – я доволен, что ты жив.

– Я тоже, – хамство? Наверняка, но я устал и раздражён, к тому же у себя в доме, пусть частично и под съем, но все же.

– Хотелось бы услышать отчёт! – когда пауза стала откровенно долгой, потребовал лейтенант.

Хозяйка дома мягко вздохнула, налила себе полную кружку приятно пахнущего отвара и неспешно с полным достоинством вышла из кухни.

Тянуться смирно приказа не было, как и желания. Я уселся на освободившееся место и с облегчением выдохнул, когда смог вытянуть натруженные ноги. Стопы горели огнем, в левом колене что-то пульсировало, но общее состояние конечностей было удовлетворительным.

Более не рискуя проверять устойчивость лейтенанта к замашкам рядовых, я заговорил. Четко, без лишних отступления и умозаключений, благо потренироваться времени хватало, пока бродил по катакомбам. Попутно заметил кружку на краю разделочного столика, потянулся всем телом, зацепил пальцем за дужку – внутри оказалась какая-то жидкость.

Пришлось встать и вылить содержимое в помойное ведро и даже сполоснуть немного. Вернувшись за стол, налил выпить, как раз под конец отчёта. Три мощных глотка и кружка пуста.

– Ужасный отчет, – в сказанном мне показался скрип зубов, – чудовищная субординация.

– Так мы же вроде в неформальной обстановке? – настой оказался чудо как хорош. Если я ничего не напутал, наполовину он состоял из вина.

– И эта вонь… – он резко прервал себя. Видимо, сообразил, что это не самое лучшее место и время для распекания нерадивого подчинённого. – Ваш взрыв послужил сигналом к активным действиям. Неожиданно, но приемлемо. Сейчас идут повальные аресты и зачистки банд силами легиона и Имперской гвардии. В застенке тащат все, кто хоть как-то был замешан в преступной действенности. Всем управляет маршал Элимен Борнорал. Стража только на подхвате.

Я равнодушно кивнул и потянулся к кувшину. Там точно осталось еще на полкружки настойки, но лейтенант меня опередил и совсем уже наглым движением перехватил емкость и вылил содержимое себе в кружку.

И после, не меняя выражение лица, осушил ее до дна, вернул тару на стол так, словно она сделана из тончайшего хрусталя.

– Тебе надо выполнить еще одно задание, – он встал, подхватил лампу и, подойдя к плащу, достал кипу свертков.

– Со всем уважением, но парни устали и ранены. И нас стало значительно меньше, чем было.