Третий слева

К тому же будет смелее, где надо и лишний раз не полезет со своими байками, чувствуя вину за выпитый алкоголь.

– Михлан, что с ящиком?

– Все хорошо, – чуть заторможено отозвался он, – взяли телегу у одного пропойцы, пришли подворотнями к складу, перегородили улицу, пока я грузил камни, Седой сползал в подвал и достал ящик. После привезли сюда и телегу отдали назад пьянице. Он о нас даже и не вспомнил.

Столь подробного отчета я не ожидал, видимо, муштра все же попала на благодатную почву, и даже за столом с друзьями он тарабанит по уставу.

– Хорошо. Что за пацан ко мне прибегал? – я качнулся на потрёпанном табурете.

– Подмастерье отца, рядом отирался, – Михлан запнулся и поджал губу. – Он сильно испугался, когда я сказал, что нужно позвать сержанта для разбирательств на складе. Даже монету забыл попросить.

– У детей хорошая память, – тут же заворчал Скоп, – а я…

– Отставить. Когда они придут к ребенку, мы будем уже очень далеко, – так и подмывало сказать или «за морем» или же «под землей».

Нарочито громко оставил табурет, прошагал в висящей на веревке тряпке, найдя более-менее освещённый участок склада.

– Скоп, что там с ростовщиком?

– Самый крупный в Яме, и возможно, в серебряном порту, – в голосе бывшего мародера не прибавилось ласковых ноток, скорей, наоборот, зазвучало раздражение.

– Хорошо. Тогда так. Я, Скоп, Бугор и Мел идем на встречу к ростовщику, как его там?..

– Рут, – неохотно буркнул Скоп.

– Седой, будь другом, принеси один из взрывателей. Надо, так сказать, показать товар лицом, – капрал тихо поднялся и плавной походкой исчез в надвигающихся тенях. – Остальные действуем по плану.

Пусть план и заключался в том, что Седой с Михланом забьются в самую дальнюю нору, что смогут найти, а остальные просто не будут мозолить глаза. Ожидая пока, мы вернемся.

Я вздохнул и откинул тряпку. Сапог стал выглядеть ненамного лучше, чем раньше, грязь размазалась еще более мелким слоем, приобретая серый оттенок.

– Придется нести сапожнику или в бельевой квартал, может, еще и отмоют, – проговорил Седой, почти бесшумно появляясь из темноты.

Я вздохнул и протянул руку. Капрал двумя пальцами поднял мешочек, чуть покачал его и опустил в раскрытую ладонь.

– Есть провинции, где кусок заточенной стали и кольчуга плотного плетения, это верх… – он пощелкал пальцами, тужась вспомнить слово.

– Прогресса, – лениво проговорил Мел.

– Вершина прогресса.