Третий слева

Звук получился увесистый – разнесся далеко, несмотря на гул вечернего порта. Любой склад имел сторожа, это было чуть ли не важнее, чем дверь. Ибо без пригляда на складе мигом заведутся «крысы», уменьшающие количество товара.

Открыли после третьего удара.

– Чего? – буркнула заспанного вида женщина. Концы длинной юбки заткнуты за пояс, видимо, оголённые колени девицу нисколько не беспокоили.

Не вступая в длинные разговоры, я оттеснил ее внутрь:

– Проверка, указ капитана, – мои слова не произвели на девицу никакого впечатления, на невзрачном лице по-прежнему отражалось желание спать.

Я продвинулся вперед и остановился, соображая, с чего начать. Опыта у меня в подобных делах не имелось. Девица окинула нас еще раз заспанным взглядом, пошла в угол, едва подсвеченный свечой.

– Рас, это к тебе, – равнодушно проговорила женщина.

Мы замерли как по команде. Тьма, левее нас, сгустилась, образовывая огромный силуэт, выше меня чуть ли не на три головы.

– Таска, зажги лампу, – прогудела тьма, моя рука непроизвольно задавила рукоять меча.

– Да, сейчас, – отозвалась девица.

Свет нашего светильника вырвал из тьмы несуразный женский силуэт, стоящий на высокой лестнице. Она неряшливо пыталась засунуть красный уголек в болтающуюся лампу. Никто ничего не предпринимал, пока девица не справилась со своей задачей. Свет разгорающегося огня медленно поплыл по помещению, наделяя предметы объёмом и цветом желтизны. И вот его сил уже хватило, чтобы обрисовать фигуру гиганта.

– Что вам нужно, господа? – учтивость громилы никак не сочеталась с внешностью.

– Обыск, именем капитана, – проговорил я, прикидывая, как мы будем вязать такого амбала. То, что дело закончится миром, не верилось.

– А почему не самим Императором? Это склад господина ан Роскаана. Страже тут делать нечего. Поэтому я вас прошу, выйдете вон.

– Стража не подчиняется господину ан Роскаану. У нас приказ, – говоря это, я почувствовал, как ладонь вспотела на рукояти меча.

– Тогда я вас вышвырну. Таска, я же говорил, что стража окончательно потеряла уважение к достойным людям, – он еще произносил последние слова, как необычайно резко сместился вперед.