Путь сокола

Я предусмотрительно приготовила одежду для девочки из своей рубахи и для мальчика из мужниной. Занеся меня аккуратно в баню, муж стал расплетать косы, после чего пошёл делать люльку, на всякий случай. Надо отдать должное моим тренировкам и чрезмерной активности, что родила быстро. Первой вышла девочка, и Славяна, перерезав пуповину ножницами, завернула и передала ее Прелесте. Следующий был мальчик, и его пуповину перерезали мечом, после чего она отдала его Уладе и принялась проводить заключительные действия. Когда всё закончилось, она позвала Сагила, который успел с помощью брата закончить люльку, чтобы он помог мне подняться.

- Хорошо, что я сделал ещё одну люльку, – сказал муж, укладывая детей.

- Я же сказала, как богам будет угодно, так и случится, – ответила я и легла на отдыхать.

Сандалор с Шемякой, как узнали, что двойня, так обрадовались, что забыли про свой спор, но Славяна быстро их осадила, сказав, что внучку не отдаст.

«Раз мальчик пропустил девочку вперед, значит, добрый воин будет», – сказал старец.

Ночью, как полагается, мы вынесли детей на улицу, и муж показал их луне, утром — окунул в реку, поднял к солнцу, дал обсохнуть на ветру и положил на землю, тем самым знакомя Богов с новыми людьми. Днем был небольшой пир и поздравления, потом все вернулись к своим делам. Сагил оказался на удивление заботливым отцом, который всё свободное время проводил с детьми. Чтобы примирить отца с наставником, мы с мужем назначили Сандалора духовным отцом детей, а Шемяке оставили роль деда.

С наступлением осени мы ждали последние торговые струги, чтобы наши мастера могли приобрести всё, что им нужно и продать свои работы. На собрании было решено, что, если торговля пойдёт, ставить постоялый двор, пока ограничиться гостевым.

Я вдруг стала замечать, что Кимериус всё чаще старается оказаться рядом с Прелестой, и была за них рада, когда он пришёл к Шемяке свататься.

Я занималась детьми до года, потом вернулась к своим обязанностям, и воспитание перешло к старшему поколению. Шемяка со Славяной и Сандалором не могли не нарадоваться на вечно непоседливых чад. Было решено подарить им наши обереги: я – дочери, а Шемяка – внуку, чтобы всегда могли найти друг друга.

«Вот интересно, - вслух подумала я, - дети чистокровные сарматы? Ведь мать смесь, а отец чисто сармат».