Отбросы

Используя веники, в большей степени, как вееры, я заставлял Ка’риш жмуриться от удовольствия.

– Вы, кажется, давно путешествуете вместе, не расскажешь, как вы познакомились? – спросил я, постепенно наращивая амплитуду и скорость движений.

– Ммм... – легкий стон сорвался с губ девушки, после которого она мечтальено улыбнулась. – Это было давно. В тот день я убила столько отродий, сколько, наверное, не убивала за все время проведенное в бездне, – ненадолго замолчав, она грустно вздохнула. – Если опустить описание совершенных убийств, то мы обе с боем прокладывали себе путь к бегству и, встретившись, просто объединили свои усилия.

– Занятно, – задумчиво произнес я, продолжая махать и увеличивать скорость.

Из-за быстрых и размашистых движений жаром обдавало не только тело моей подруги, но и мое собственное, подтверждая догадку о том, что парильщику достается в общем-то не меньше, чем тому, кого он парит.

– Перевернись, – теперь уже я отдал распоряжение, чувствуя, что воздух начинает остывать.

Отойдя в сторону и зачерпнув из бочки холодной воды, я вылил его на себя – стало заметно легче. Второй ковш отправился уже в глотку. Все это время оперевшись на локти средней пары рук, ламия с улыбкой смотрела на меня.

Поймав ее взгляд, я невольно улыбнулся в ответ:

– Тебя тоже полить или сразу приступаю?

– Сразу, – улыбнувшись шире ответила девушка, снова принимая горизонтальное положение.

– Так ты тоже сражалась с демонами? – зачерпывая воду из котла, спросил я.

– В некотором роде, – согласилась Ка’риш, прикрывая глаза. – Я была пленницей бездны, – с налетом грусти добавила она. – И сражалась на арене по прихоти своих хозяев, – тяжелый вздох покинул грудь девушки.

– Извини, – искренне сожалея, что пришлось потревожил старые раны, произнес я, выплескивая воду на камни и заставляя облако пара подняться в воздух. – Я не хотел...

– Все в порядке, – не дав договорить, поспешила успокоить меня ламия. – Это было достаточно давно, чтобы я смогла отпустить прошлое.

Обмакнув веники в воду, я снова повторил всю процедуру, начиная неспешно гнать раскаленный воздух на тело своей подруги. Все шесть ее рук вытянулись вдоль тела. Ее высокая грудь даже в таком положении не слишком теряла своей манящей формы.

Я сглотнул, чувствуя, как кровь снова устремляется вниз. Стараясь удержать себя в руках, я усиленно замахал вениками. Волны жара ударившие в грудь и лицо несколько отрезвили, но совершенно не успокоили плоть.