Власть крови

Из сломанных фонарей утекал газ, его я и подхватил воздушными потоками, тут же концентрируя между мной и вампиром. Перенаправил потоки маны в ладони. Создал последнее плетение и, щёлкнув пальцами, высек искру.

Вампиру оставалось всего несколько шагов.

Воздух передо мной воспламенился. Меня окатило жаром; брови, ресницы и волосы опалились, заполняя нос противным запахом. Пока огонь не рассеялся, я направил в него чистую ману, используя её как топливо.

Из моих раскрытых ладоней забили струи огня. Монстр завыл от боли, но сгорал не так быстро, как я ожидал.

Я перестал сдерживать потоки маны. Струи огня из моих рук расширились, превращаясь в полноценные конусы ревущего пламени. Вампир окончательно пропал за стеной плотного огня.

С ужасом и паникой я смотрел, как мои пальцы, а вслед за ними и ладони чернеют. Кожа пузырилась и слезала с рук, обнажая мышцы и кости, которые тоже начинали гореть. Пламя поднималось всё выше. Я напрягал всю свою волю, пытаясь перекрыть доступ мане.

Но то, что начиналось с бурного потока, превратилось в океан энергии, ежесекундно проносящийся сквозь «окошко» моего разума. Неуёмная сила смела мою волю. А вслед за ней грозилось исчезнуть и моё «я».

Затем пришла тьма.

Эпилог

Я горел, и никакой крик не мог потушить пламя. Чем больнее становилось, тем сильнее разгорался огонь, словно подпитываясь моими страданиями. Когда он заполнил собой весь мир, неожиданно всё закончилось. Боли больше не было. Как и света.

Я услышал чавкающие звуки. Пошёл на них по мрачным коридорам. За поворотом был выход на улицу. Звёзды горели неярко, но всё равно позволяли разглядеть страшную картину.

Руины академии, заваленные окровавленными трупами в красных мантиях. Неподалёку спиной ко мне сгорбилась серокожая фигура вампира, явно кого-то поедая. Я обошёл его. Монстр погружал когтистые руки в живот Кортуса, доставая из него внутренности и отправляя прямиком в рот.

Друг посмотрел на меня укоризненным взглядом. Прохрипел сквозь боль:

— Я умер из-за тебя.

Внутри меня всё рухнуло. По телу расползался липкий страх и тяжёлое осознание. Я должен был сделать больше.

— Мы все умерли из-за тебя, — сказал дрожащий женский голос за спиной.

Я обернулся. Из земли рядом с массивным надгробием пыталась выбраться однорукая девушка. Одежда на ней истлела, кожа наполовину разложилась, от рыжих волос осталось всего несколько прядей.

С ужасом глядя на Эмильду я смог лишь промямлить:

— Я же его сжёг.