Власть крови

— А знаешь, что ещё странно, сеньор Лютый? — просипел мой напарник. — Почему в газетах ни слова о тебе? Ты же, по сути это, самолично вышел на повстанцев. Без тебя их бы искали ещё хрен знает сколько. А в газетах пишут, что это всё заслуга какого-то старого хера.

Я невольно улыбнулся. Назвать «старым хером» одного из могущественнейших людей во всей Империи — это надо уметь. Хотя стоит признать, такое определение подходило ему как нельзя лучше.

Последние три дня я разгребал последствия «облавы на повстанцев», как её обозвали СМИ.

Однако нужно отдать ему должное — Дорф ла Дорили оказался человеком чести, в отличие от собственного сына. Узнав, что я спас его отпрыска от смерти, он предложил мне несколько вкусных торговых контрактов. От бедности Дом Донжи они не спасут, но стабилизировать наше положение смогут более чем.

— Политика, друг мой, — ответил я.

Например, собственную свободу. И благополучие Дома.

Сиплый поправил очки движением, похожим на движение Кортуса. За последние недели хулиган заметно преобразился. Мне даже начало казаться, что он копирует мою походку. И одежда благодаря моим денежным вливаниям стала если не презентабельнее, то намного чище. А ещё он всё чаще осторожно заикался об открытии собственного дела.

Всё-таки есть среди доноров удивительные люди.

Когда мы добрались до башмачной мастерской, на улицы уже опустились сумерки. Неподалёку, замигав, загорелся газовый фонарь.

— Если что-то будет нужно, мы с ребятами рядом, — кивнул мне напоследок Сиплый. — Только не задерживайся допоздна, сеньор Лютый. Не хотелось бы гулять по улицам ночью, пока Крестский монстр где-то бродит.

— Не волнуйся, в этот раз я быстро.

Кортус открыл уже после третьего стука в дверь. Выглядел он при этом то ли хмуро, то ли радостно.

— Слава Вседержцу, а то в новостях ни слова о тебе! — проворчал он вместо приветствия. — Полагаю, тебя можно поздравить?

— Ага, — подтвердил я. — Но я бы вряд ли справился без твоей помощи. Так, постой, чего это ты такой добренький? Обычно прогоняешь меня чуть ли не поганой метлой.

— Ну так это, рад видеть тебя живым, — после этих слов бывший сосед по комнате подмигнул мне. — А ещё хватит с тебя. Говорят, чтобы выработалась привычка, нужно две недели.