Герой придуманных хроник

В один момент воздух вокруг, как будто раскололся и я вдруг понял, что всё это время вокруг было очень тихо.

– Именем их! – Этот рёв выдернул меня из наваждения и я с огромным удивлением увидел Ворташа, который сейчас, высоко задрав руку зажёг свою стигму. В другой руке он сжимал нехилых размеров клинок, в этот же момент внутренний двор заполняли вооружённые до зубов гвардейцы.

– Ксал?!

– Ворташ!?

Следующий резонный вопрос "какого хрена ты тут забыл" я задать не успел. C нечеловеческим, звериным шипением, безымянный человек с чарующим мягким голосом отпрыгнул на десяток шагов.

Кожа на лице у него лопнула сразу в нескольких местах и поплыла, меняя свой цвет на серо-чёрный. Из открывшихся ран начала вытекать бордовая жидкость, до того густая и тёмная, что её язык не поворачивался назвать кровью. С пронзительным хрустом тело сложилось, как будто из него разом вынули все кости, но тут же поднялось, опираясь уже на четыре конечности, вывернутыми под какими-то дикими углами.

Его торс и бёдра были обращены вверх, а голова при этом осталась опущена подбородком к земле.

Глава 10

Ну что я могу сказать? Мы в дерьме!

Звуковой удар, порождённый воплем этой помеси богомола и больного проказой, прошёлся по всем. На ногах остались стоять только я, Ворташ и Кира с Шией, и то мне кажется, потому что мы трое стояли в стороне. Вся гвардия Ворташа сейчас мотала головами как бараны, пытаясь прийти в себя, а сам парень принимал на клинок размашистые удары.

Да ну боги, Хагену тоже плохо! Старик повалился в один из кустов, а над ним склонилась Шия, разрываясь между тем, чтобы помочь ему или остаться возле меня.

– Кир, тащите Хагена в дом! Он мне нужен! – Гвардеец кивнул и устремился к девушке.

Я же тем временем побежал в противоположную сторону. В два прыжка оказался у ближайшего полуживого гвардейца и вырвал у него меч, ударив его ногой в грудь. Сейчас было не до сантиментов, а парень ни в какую не хотел отдавать оружие, вцепившись в него мёртвой хваткой.

Ворташу срочно требовалась помощь. Тварь вставшая на задние лапы сейчас осыпала его градом мощных ударов, а мой названный брат, ушёл в глухую оборону, стараясь сделать так, чтобы его не смяли.

Не долго думая, я ударил со спины, целясь в то место, где раньше у этого было человеческое колено. Лезвие тяжело вошло в плоть, и по ушам ударил противный визг, когда вместо очередного броска вперёд одна из ног подломилась.