Кенни. Том 1: Природный гений

В миг смертельной опасности, когда жизнь зависла на волоске, Кенни впервые удачно применил Захват.

Удар!

Детская рука с удивительной скоростью выстрелила вперёд. Чашечка ложки, покрытая Праной, с хрустом пробила защитную ракушку толстяка и с чавкающим звуком вонзилась в пах, входя словно раскалённый нож в тёплое масло.

Кровь горячим потоком полилась на руку Кенни, который до последнего продолжал проталкивать черенок ложки вверх, при этом готовясь уклониться от удара тесака.

— А-А-А-А! — рёв толстяка сотряс убежище, он рефлекторно махнул свободным кулаком, врезав Кенни по голове.

Словно кукла, мальчик пролетел через всё убежище и с хрустом врезался в стену.

Продолжая вопить от жуткой боли, толстяк оступился и чуть не упал.

Для других Пранариев и детей, наблюдающих за толстяком и Кенни, случилось что-то удивительное. Убийца подошёл к мальчику и поднял тесак, закрывая своим объёмным телом весь обзор. Подняв тесак, он вдруг замешкался. И в следующее мгновение Кенни воткнул что-то в промежность толстяка, после чего отправился в полёт и врезался в стену.

Раздался громкий хруст – из кокона выбралась защитница и метнула в убийцу нож. Но тот даже не пробил кожу, отскочив, как от резины. Защитница быстро освободила Фластру, ломая руками ослабевшие корни.

— Мия, — пробормотала девочка, прижимаясь к груди защитницы.

— Я тут, всё хорошо, — Мия нашла глазами окровавленного Кластера, который всё ещё пребывал в шоковом состоянии, и бросилась к нему.

Всё это время толстяк продолжил орать. От чудовищной боли он начал сходить с ума, и с трудом удерживал себя в сознании.

Брякнул металл – толстяк отбил тесаком нож. Ещё один клинок врезался в спину и отскочил, порвав лишь майку. Пранарии убежища начали приходить в себя, и самые смелые из них атаковали раненого противника.

С трудом переставляя ноги, убийца подошёл к стене. Он замарал дрожащий палец в своей крови и начал медленно рисовать знак на стене.

Старики, Владеющие и подростки напали на толстяка, кто чем может. Мелькали ножи, копья, камни, струи огня. Но так ли просто убить Генерала, даже настолько раненого?

Кипя от ненависти, толстяк наконец закончил рисунок и всем телом подался вперёд, прижимаясь к стене.