Кровь Достойных: Младший князь

Покрывшиеся ледяной коркой кинжалы раз за разом отражали или блокировали их, от части Прото и вовсе уклонялся, но тем не менее инициатива постепенно переходила к старшему Гордею.

Не пользуясь магией, громила наседал на него как дикий зверь, удар за ударом вкладывая всё больше веса, инерции и дара крови. В какой-то момент Прото ощутил, что брат активировал укрепление тела — лёд на лезвиях начал трещать и осыпаться, а довольный оскал Тезеуса сменился яростным ликом берсерка.

Брат в очередной раз слетел с катушек, что происходило почти всегда, когда они сходились в бою, ведь кроме отца и него, никто не мог противостоять натиску Тезеуса долго.

И если отец редко принимал участие в подобных спаррингах, то Прото оказывался втянут по несколько раз в месяц, а то и в неделю.

– «Святые реки Бадлинга, опять?» – мысленно возмутился Протеус, злясь на брата и самого себя за то, что увлёкся боем и не сдался вовремя. Теперь ему предстояло улучить момент и пропустить какой-то удар по касательной, обставив поражение максимально убедительно.

Впрочем, всё, как всегда.

Он давно забросил попытки противостоять брату по-настоящему, удивляясь почему тот никак этого не поймёт. Протеус считал полнейшей тупостью переть напролом, словно дикий кабан. Его гораздо сильнее привлекала идея действовать мягко и хитро, будто игривый ручей, что в любой момент может обратиться водопадом.

– Р-р-ха! – под очередной рык Тезеус шагнул вперёд и нанёс размашистый удар правой рукой. Отдав движению всего себя, воин активировал дар крови, накачивая мышцы Нигмой до отказа.

Воздух вокруг перчатки лопнул характерным свистящим щелчком кнута и разошёлся волной, разметав вокруг давно слежавшийся снег и оголив землю.

Считав движение, средний сын, выкинул вперёд левую руку мысленно приказав ауре дочерей Бадлинга уплотнится на лезвии кинжала. Водяной покров сместился, оголяя спину, ноги и часть груди, обратившись толстым наростом льда, отдалённо напомнившем щит или, скорее, огромную глыбу, выброшенную на берег по весне.

Молниеносный удар руки в перчатке пришёлся точно в центр глыбы.

Не ощутив сопротивления, прошёл первые десять сантиметров даже не замедлившись, лишь пар повалил, однако уже на втором десятке инерция заметно спала. На лбу Тезеуса вздулись крупные вены, а мышцы набухли, норовя лопнуть от переизбытка крови.

Почувствовав, как истончается барьер, Протеус довернул корпус, приготовился к удару и развеял заклинание. Потеряв подпитку Нигмой, ледяная глыба в раз пошла трещинами.