Кровь Достойных: Младший князь

Само оружие создано исключительно для дела. Возьми меч, оголи клинок, – посоветовал подошедший следом торговец.

Верус хоть и с сомнением, но последовал совету друга — взялся за дорого украшенные ножны. Стоило пальцам коснуться их, как по коже прошла вибрация. В груди ожил хищный огонь. Расшив от удивления глаза, бывший охотник сконцентрировался на текущей по руке силе. Аура клинка вскипела, противясь контролю, но стоило Пробудившемуся напрячься, уступила, смягчая нрав.

Ощутив, что аура клинка сменила гнев на милость, Верус взялся второй рукой за эфес.

Лёгкое движение и меч выскользнул из ножен на половину лезвия. Гладкая отполированная до зеркальной чистоты поверхность отразила поражённое до глубины души лицо. Посмотрев в свои же глаза, Верус цокнул языком.

– Что, не нравится? – напомнил о себе торговец.

– Удивительная работа, – с плохо скрываемым восхищением произнёс Верус, любуясь клинком.

Это был старый добрый Эзот. Отличительное узкое лезвие с долом посередине. Широкая гарда, выполненная в виде двух сплетённых змей и удлинённый эфес, чтобы можно было держаться двумя руками, обтянутый кожей изумрудного цвета с вкраплениями серых и чёрных точек и кругов.

– Удивительно… Что за кожа на рукояти? – обратил внимание на странный материал Верус.

– Сильв, – вздёрнул подбородок антиквар, – из моих личных запасов. Выделил тебе кусочек шкуры.

– Погоди? Его что, только что сделали?! – опешил бывший охотник. – Как такое…

– Нет, – покачал головой Корнел. – Ясное дело он старый. Никто бы не успел сделать для тебя меч за два дня.

– Собрали из старого лезвия? – предположил Верус, вернувшись к изучению кузнечного чуда.

– Именно, – кивнул торговец. – Давно приглядывался к нему, да всё случая не было. Лезвию от тридцати до ста лет, точно никто не скажет. Считается зачарованным средним укреплением Штормака. Рукоять пересобрали вчера и зачаровали, но уже малым укреплением.

– Погоди, почему «считается»? – сделал упор на последнее слово Верус. – Есть сомнения?

– Хм-м… – толстое лицо украсила широкая улыбка, старого лиса.

– Мастер, делающий укрепление рукояти, признался, что лезвие реагировало на магию. С его слов видел такое второй раз в жизни.

– И что это значит? – сбился с мысли Верус.

– Тайноплетенье.

Единственное слово сорвалось с губ антиквара, а Веруса прошил озноб. Быть не может! Он держит в руках оружие с тайноплетеньем?! Ну уж нет! Резко шагнув к столу, он одним движением вернул клинок в ножны и положил обратно на подушку.

– Нет, Корнел.