Точка Бифуркации VI

– Это хорошо, – кивнула женщина и, налив мне из стоявшего недалеко графина ещё воды, продолжила опрос. – Тело не болит?

– Нет. Только слабость сильную ощущаю. Что произошло? – поморщился я, с неудовольствием оглядывая подсоединённое ко мне оборудование.

– Это я у вас, молодой человек, хотела бы спросить. У вас была перегрузка энергоканалов, местами на них микротрещины… ожоги, – произнесла лекарь, с сочувствием в голосе и взгляде.

– Поня-я-тно, – протянул я, переводя взгляд на потолок. – А я ещё думал, чего так жжёт всё…

– Именно тогда надо было и остановиться, что бы вы ни делали в этот момент.

– Ну-у… ладно. С кем не бывает, – решил я тактично сменить тему. – Каков ваш прогноз, когда я поправлюсь? У меня просто дел много и особо некогда тут лежать.

– Эм-м… вы, молодой человек, видимо, ещё не до конца осознали что произошло, – с лёгким сожалением в голосе начала женщина. – Травма энергетических каналов – это вам не ангина или какая-то простуда… Вам сейчас какое-то время вообще нельзя напрягать дар и использовать силу.

Это во-первых. А во-вторых… во-вторых, вам, возможно, придётся этому всему и вовсе учиться заново.

– Всё так плохо? – удивлённо бросил я, фокусируя взгляд на кружке, стоявшей рядом на столике.

– Я же говорю! Не смей сейчас даже пытаться! – закрывая мои глаза ладонью, громко воскликнула женщина и, тут же выхватив откуда-то салфетки, принялась вытирать кровь у меня под носом.

Я же скривился от пронизывающей мозг и верхнюю часть тела боли. Меня будто огнём изнутри обдало, заставляя скрючиться и примерно на полминуты выпасть из реальности.

Переполошившихся врачей и их ругань вперемешку с причитаниями я едва слышал. А когда наконец-то пришёл в себя и смог соображать, на глазах уже была надета повязка, а мои руки как раз пристёгивали к кушетке, на которой я лежу, жёстко фиксируя ремнями.

– Алексей, ты все наши старания сводишь на ноль! Больше не делай так! – строгим голосом произнесла лекарь, перебивая звуки взбесившейся электроники сбоку от меня.

– Хорошо, – с трудом выдавил я, не сопротивляясь. – Пить еще дайте.

***

Как оказалось, пролежал в коме я около недели. О моём возвращении в мир живых тут же сообщили Белорецким, и уже тем же вечером в больницу приехал граф с дочерью и племянницей.

Повязку я попросил мне всё же снять, клятвенно заверив врачей, что больше подобными глупостями заниматься не намерен, поэтому грустные лица прибывших подруг сразу бросились мне в глаза.