Кодекс Рода. Книга 2

Два молодых человека снимали шкуру с гигантского монстра, растянутого за лапы между столбами. Они с интересом посмотрели на меня и прервались от работы.

Я поздоровался и спросил, где могу найти старосту.

— И тебе здорова. Староста возле ворот ошивается. Все следит, чтобы мимо него ничего не пронесли, — он кивнул куда-то вдаль.

Я присмотрелся и увидел ворота, которые горели синим светом.

— У вас руны светятся. Монстр караулит.

Охотники переглянулись и рассмеялись.

— Что смешного? — не понял я.

— Сразу видно, что ты дальше первого уровня не охотился.

Здесь всегда горят руны. В редкий день они гаснут, но лишь на короткое время. Охотников из простолюдинов здесь нет, поэтому монстров хоть лопатой греби. Шагу не ступить, чтобы на хвост не наступить, поэтому и руны горят. Как только ворота открываешь, можно не глядя бить. Все равно в кого-нибудь попадешь. Только помни, что здешние гады очень не любят умирать, поэтому их всегда надо добивать, даже если кажутся мертвыми.

Он воткнул в тушу монстра свой нож и продолжил:

— Этого мы три часа били, никак умирать не хотел.

Зато не только макр, но и все тело на куски разрежем и продадим. Ничего не останется. Даже рожек и ножек.

Они расхохотались и снова вернулись к туше, а я зашагал к воротам. Охотники были правы, прямо у ворот в деревянном потрескавшемся кресле сидел крупный мужчина с белыми от седины волосами. Он отрезал небольшим ножом кусок яблока и неспеша клал в рот.

Староста не обращал на меня внимания, пока я не окликнул его.

— Ну, здорова.

Чего пришел?

— На охоту.

— Почему один? — он внимательно оглядел меня и на пару секунд остановил взгляд на катане.

— Мне никто не нужен.

Староста выбросил в кусты оставшийся кусок яблока, убрал нож в карман и сухо сказал:

— Я ни за кем не бегаю и не нянчусь, поэтому если за воротами с тобой что-то случится, то никто не пойдет тебя искать. Если ты провалишься в яму и не сможешь выбраться, то просидишь там, пока очередная партия охотников не выйдет на охоту. Или пока тебя не вытащит какая-нибудь тварь, чтобы потом сожрать.

Если ты…

— Да, понял я, понял, — прервал я его тираду и зашагал к воротам.

Мне не хотелось больше слушать этого человека. Понятно было, что кроме наживы, его больше ничего не волнует. Тем более жизнь и здоровье новичка, который к тому же решил отправиться на охоту один. Тут я вспомнил, как староста с первого уровня бросился меня искать, когда шип воткнулся в плечо Фили. Разница в отношении к охотникам была колоссальная.