Шёпот прошлых лет: рубиновые сердца

- Ох как вы мудры и ваши повеления с тем же прекрасны, - всё продолжала виться коринфянка. – Вы бы и с Подгородом справились бы вмиг.

Тот лишь слащаво улыбнулся и прихватил за талию девушку.

- Работать! Работать и работать, падлы! – продолжала пыхтеть заместительница, щёки стали багровыми от гнева. – Кого мы увидим неработающими вмиг накажем и мало не покажется. А то совсем зажрались!

Тем временем в ряд протиснулась девушка. Молодая полуаэтернийка прошла через потаённый проход и встала возле рабочих. Килана с трепетом смотрела на неё, пара других трудяг тоже надеялись, что небольшое опоздание не будет замечено.

- Выкинуть эту падлу! – крикнула Татили, способная заметить любые изменения и колебания. – Никто не смеет опаздывать на пришествие «Высокого начальства». Так получается, ты ещё целые полтора часа и не работала! – женщина театрально схватилась за сердце, став брюзжать слюнями. – Аж целых полтора часа её станок простаивал, а она не работала! – налитые багрянцем гнева и сверкающие от безумия глаза уставились на начальницу цеха.

- Но ведь у меня ребёнок больной был! – закричала девушка, лицо худощавой женщины из белёсого моментально стало красным, её пронзительный вопль едва не глушил. – Да и я сама, как только оклемалась от серой лихорадки[8]. Я честно работаю и только сегодня со мной такое случилось! – даже в тусклом свете немногих фонарей и лучин проглядывалась маска недовольства на лице.

- Стой, - попытался оправдать её Юрм’Каль, будто бы пережёвывая слова. – Она же… болела.

- Вы так милостивый, какой хороший начальник, - Одро’Ашкатрин поцеловала в бородатую щёку мужчину.

- Послушай меня, - притяпала верховная жрица к Юрм’Каль, став лукаво и сахарно нашёптывать. – Мы повязаны одними махинациями и схемами да и едва ли нашим господам понравится, что ты глушишь лимонную эрофинскую прямо на работе. Ты понимаешь к чему я клоню, да? Я лучше знаю, как управляться с этим неблагодарным народом.

Наместник Гильдии ничего не сказал. Он только лишь заторможено кивнул и поведя себя, как тюфяк и покорно дал выкинуть работницу только потому что Татили что-то пришлось не по вкусу. Он согласился и мог только беспомощно согласиться с волей своей наместницы.

- Выкинуть! – заорала верховная жрица.