Архей. Караванщики Анвила II

Лесные птицы тревожно щебетали, когда беглецы остановились у небольшого ручейка, чтобы напиться воды и умыться.

– Глядите в оба, в этих местах полно свирепых кабанов, – рыцарь плеснул на шею ледяную воду и поёжился.

Черный Бык легонько бил копытом, ожидая пока его допустят к воде. Конь недовольно фыркал и держался настороже.

– Похоже, что ваш жеребец наблюдает за округой, – девушке хотелось погладить животное, но она не осмеливалась приблизиться.

– Пожалуй, что да. Дикого зверя он заметит. Хорошо, что хоть недоуздок не сняли, а то иначе даже удержать его не за что, – Готье осмотрелся.

Ручей выходил из подножья небольшого холма, на котором росли молодые деревца. По склонам пробивалась травка, которую понемногу начинало припекать появившееся солнце. – Жаль, что нет с собой никакой емкости. Могли бы набрать воды.

Конь, дождавшись, когда люди освободят место на водопое, напился и принялся за траву. Рыцарь устроился на ней же, закинув руки за голову.

– Вы что, собрались спать? – над ним нависла Эва.

– Да, – Готье даже не открыл глаза.

– А мне что прикажете делать?

– Я бы посоветовал прилечь и отдохнуть, идти нам пару-тройку дней. И кто знает, когда в следующий раз получится сомкнуть глаза, – он отвернулся от девушки и зевнул.

– Но, как же завтрак? – леди уперла руки в бока.

– Сегодня мы завтракаем свежей водой. И поверьте, это не самый худший вариант.

– Идите и добудьте какую-нибудь дичь.

– У меня нет ни сокола, ни лука, ни копья, – безразлично продолжал мужчина.

– С кинжалом я могу только нарезать вам коры с деревьев, но сомневаюсь, что вы настолько оголодали. К тому же, у меня нет огнива, а сырое мясо вряд ли подходит для леди. Я и сам, признаюсь, люблю жаренное. Ну, вареное на крайний случай.

Эва бросила на вассала отца гневный взгляд, но промолчала. В словах рыцаря была, хоть и горькая, но правда. Она отошла к деревьям и высмотрела гнездо, у которого суетился черноголовый щегол. Он кормил самку, высиживающую яйца. Девушка не особенно любила сырые яйца, но вот отец часто употреблял их в таком виде, правда куриные.

Высокий дуб выглядел удобным для того, чтобы добраться до заветных яиц. Голод, после бессонной и тяжелой ночи, скреб нутро и подталкивал наверх. Эва подпрыгнула и зацепилась за толстую нижнюю ветку. Легко подтянувшись, она закинула ноги и уселась на нее сверху. Щеглы, и так встревоженные нахождением людей на опушке, подняли тревогу. Самец летал вокруг дерева и истошно чирикал.