Архей. Караванщики Анвила II

Заговорщики, в случае войны, могли с легкостью разорить феод и даже взять город до прихода войска лорда Уолеса. Если тот вообще соблаговолит созвать знамена.

– Старый упрямец непреклонен? – здоровенный мужчина с черными волосами, свисавшими до плеч, держал по уздцы крепкого коня каурой масти с белыми бабками. Он приветствовал маршала, зашедшего в конюшни. Все лошади уже находились во дворе замка, потому мужчины оказались наедине.

– Поедешь без сюрко? – лорд Ноа разглядывал намасленную кольчугу собеседника.

– Да.

Не люблю гербы, – здоровяк скривил лицо. Он происходил из бедного рода рыцарей, присягавших на верность дому де Брезе. Маршал, оценив воинские и физические качества, приблизил рыцаря к себе. – Может тебе лучше отправиться в Вильдере?

– Отправлю туда Эву.

– Зря ты позволяешь ей баловаться с луком. Девчонке пора плодить ублюдков, а не играться в солдата, – усмехнулся Горст. – Хотя и тебе не помешало бы заделать наследника.

– Моя дочь даст фору любому юнцу, – лорд улыбнулся. Сир Горст, по прозвищу Лесистый Холм, позволял себе вольности в разговоре с господином, когда они оставались вдвоем.

– Ты же знаешь, что Мишель больше не может родить. Я смирился.

– Не пойму зачем нужна жена, которая не рожает наследников.

– Может тебе самому стоит остепениться? Уже больше тридцати зим нет собственного очага.

– На что мне очаг, милорд? – Холм, не смотря на мощное тело, легко забрался в седло. – Мое дело – война. И она на десяток лет опаздывает. Поторопить ее что ли…

– Обожди! Наш властитель слабнет, думаю, что скоро вспыхнет ни одна деревня.

Не даром де Надорс решил снюхаться с Ветэро.

– Тогда не оказаться бы на стороне проигравших, – Горст снова усмехнулся и отвел взгляд. – Проверю людей да отправлю парочку конных вперед по дороге, – Холм ударил в бока жеребца и направил его к выходу. Там пришлось пригнуться, припав к лошадиной шее, чтобы не задеть лбом верхнюю границу проема.

Иногда в голову лорда Ноа закрадывались мысли, что вассал, к тому же безземельный, слишком многое себе позволяет, но каждый раз де Брезе вспоминал, что связывает их не просто клятва в верности, а настоящая дружба.

Сир Горст Лесистый Холм никогда не подводил, и даже более того – спас единственную дочь господина.

Тогда, во время лесной охоты, четырнадцатилетняя девушка отбилась от группы и заплутала. Она спешилась у реки, чтобы напиться воды, но оказалась на территории бурого медведя, который не ел несколько недель и не собирался упускать счастливый случай.