Небеса Умоются Кровью 1. Пробуждение Силы, Том I

— Осторожнее надо, дед, — ворчит старой бабкой пострадавший и вытягивает подол наряда из-под сапога Ямато. — Всё равно эта тряпка только на выход к воротам годится. Давно хотел от неё избавится.

Богатеи торопливо уходят, а старик суёт девчушке монету, треплет её по макушке и замечает меня.

— Рен? — его морщинистое лицо украшает улыбка. — Ещё не в столице? Там очередь, как всегда, длиной в мою жизнь и такая же беспросветная. Ты с утра приходи, до рассвета, быстрей попадёшь.

Пока подбираю слова, он уже рядом.

— Рано ещё в столицу? Не пускают, — словно мысли читает Ямато. — Идём, перекусим да, может, разгадаем, что тебе дальше делать.

Старик отводит меня на окраину рынка. Становится тише и спокойнее, народ протекает мимо, не задерживаясь здесь надолго. А мы сидим на деревянных чурбанах и едим мясо в лепёшке с сыром и зеленью.

— Не хватило денег и силы? — закончив первым, спрашивает Ямато.

— Покане хватает, — с вызовом смотрю на ближайшие врата.

— Ну, это дело поправимое, — хитро щурится он. — Сам-то я не практик, но от брата мне кое-что досталось. Подожди здесь, я мигом.

Он встаёт и уходит. Миг растягивается на часы. Я съедаю ещё несколько лепёшек, ожидая в надежде. Мой знакомец по совместному путешествию не произвёл впечатление наглого пустобрёха. Так что, надеюсь, не обманет и сейчас.

Солнце окрашивает небо кровью, словно в битве за время с луной.

Заполняю ожидание медитацией. Подобрав ноги под себя на обрубке ствола, закрываю глаза.

День сменяется ещё одним днём, отлучаюсь лишь по нужде. Чтобы не пропустить возвращения Ямато, ем одни лепёшки с мясом, чем несказанно радую их продавца. Не самое лучшее, что может предложить мне подножье столичных врат, но гораздо лучше караванной кормёжки.

К исходу второй ночи, когда народ почти смолкает, вижу среди зевающих людей знакомую фигуру.

— Рен, хорошо, что ты меня дождался, добраться до дома и обратно… — старик смотрит на меня внимательно, — заняло немного больше обычного.

— Длинный у тебя миг, старик, — без укора отвечаю я.

— Отойдём в сторонку, где потише.

Мы выходим в поле через дорогу и садимся в высоких колосьях.