Хроники Карамыса: Тайна клана Винов

Никто не видел, как её рука дрожала стоило ей приблизиться к лицу Кана. Небольшая свеча горела на столе рядом с кроватью, отблески огня можно было найти в карих глазах Айшарин. Внутренний свет, который казался потухал с каждым днём, зажегся в её сердце сильнее.

Через неделю после того неудачного обеда Айтис снова решается прокрасться в кабинет отца. Она долго слушает звуки из комнат возле двери, прослеживая любые шорохи. Её шаги совсем не слышны, когда девушка идёт в сторону кабинета. Любому человеку кажется, что дом давно спит, и никто не подозревает, что кто-то может бродить в такое время.

Небольшая возня у двери, и в миг Айтис уже входит в кабинет. Девушка аккуратно ставит свечу на стол отца, привычно оглядывая взглядом уже знакомое помещение. Стол отца и стул находятся прямо возле окна, откуда всегда видно огни ночного Карамыса. Все остальное пространство занимают дубовые шкафы с полками и огромные каменные шкатулки с заморскими книгами, инструментами и разными вещицами, привезённые отцом из дальних стран.

Тело Айтис наклоняется вперед, к шкафам с записями, но девушка резко останавливается в тот миг, как только слышит шорох. Такой еле слышный. Шух. Конечно, трудно назвать это шорохом, когда ничего громкого не происходит, но сердце чувствительной девушки сжимается от страха. Айтис быстро подходит к столу, чтобы дунуть на свечу. Та угасает.

В кабинете снова царит темнота. Девушка неподвижно стоит посреди комнаты, не делая ни единого движения.

– Что ты здесь делаешь? – раздаётся над ухом Айтис.

К чести девушки, она не падает и не визжит от страха. Она съёживается словно ей становится тяжело дышать. С трудом взяв себя в руки, Айтис пытается удержаться на покосившихся ногах. Она осторожно поворачивается вправо и видит Кана, который с улыбкой смотрит на сестру словно поймал её на воровстве конфет.

Раздаётся скрежет, и кто-то щёлкает пальцами. Одинокая свеча на столе зажигается, и на фоне света девушка разглядывает фигуру своего долговязого брата, стоявшего рядом с ней.

– Не пугай меня, болван. – резко говорит та, держась за сердце.

– Что ты делаешь в кабинете папы? – спрашивает Кан. – Насколько я помню, мама запретила сюда заходить. Она же закрыла его.