Далекие острова. В чужих краях

Это лишний раз говорило о том, что засады на обозных организуют не люди Муки, а аборигены, которые волей случая оказались на нашей территории внутри защищенного периметра. Конечно, они могли быть связаны с племенами, и снимать подозрения с Муки я не собирался, но все больше утверждался в мысли, что искать врага нужно было не в далеких степях, а у себя под боком. Видимо на границе действуют две разные группы. Одна в здешних лесах, и другая в полях у реки.

      Зут отчаянно гнал лошадей, и мы довольно быстро добрались до лагеря.

Я торопился не случайно. Если само провидение играет нам на руку, этим нужно было воспользоваться. Мне нужно было поговорить с пленным и постараться отпустить его на свободу прежде, чем лесорубы и охотники оторвут ему голову. Я догадывался, что дежурный офицер не сможет сдерживать их вечно. 

       В лагере мы разыграли целую сценку. Сказали, что доставим арестованного в город, вывели его из карцера, посадили в двуколку и вывезли в лес, не обращая внимания на недовольство рабочих.

Пришлось пообещать старшинам, что дикаря осудят и казнят.

       Пленному порядком досталось. Ему прострелили плечо и довольно сильно побили. Левый глаз заплыл, губы были разбиты. Рану обработали и перевязали довольно небрежно. Казалось, дикарь нас совсем не боялся. Было видно, что он смирился со своей судьбой и был готов к смерти.

Мы остановились на лесной опушке, как только частокол скрылся из вида.

- Кто тебя послал? – спросил я и Зут перевел.

Он вырос на севере и говорил на местном диалекте.

Дикарь встрепенулся и посмотрел на нас.

- Тебя послал вождь? Ты по его приказу напал на охотников?

Дикарь осклабился. Что означала эта улыбка, я не понял.

- Вождь хочет, чтобы ты убивал нас?

- Захватчики, убийцы, - ответил абориген и закашлялся, - будем убивать, пока не уйдете отсюда.

- Кто послал, - еще раз спросил я, - вождь?

Зут встряхнул пленного.

Дикарь был сильно избит, но, несмотря на боль, старался стоять прямо.

- Вождь сказал, я сделал, - гордо подняв подбородок, заявил он.

- Твой вождь, кто он?

В союзе трех племен могло быть много военачальников, и я не знал, кого имеет в виду пленный. Больше всего я боялся, что он вообще не захочет с нами разговаривать, но похоже абориген решил перед смертью показать чужеземцам свою смелость.

- Он лучший воин из всех. Он родился среди вас, но вы рядом с ним словно дети.

Что-то подобное я и ожидал услышать.