Далекие острова. В чужих краях

Поэтому очень важно, чтобы его дети помнили, что когда-то именно Вы спасли их от капитана Рока. Мне нужно, чтобы они доверяли Вам и испытывали благодарность.

- Вы уверены, что они живы и вернулись к отцу?

- Да. Это известно совершенно точно.

Я не нашелся, что сказать. Похоже, мое предположение о том, что у адмиралтейства есть секретные агенты среди дикарей было не таким уж безумным. Действительно, а почему бы и нет? В отряде Муки много бывших офицеров вроде Бао. Интересно сколько из них мечтает вернуться домой? 

Адмирал встал.

- На сегодня все, идите отдыхать. Дежурный офицер отвезет Вас домой. О нашем разговоре никому ни слова, даже Солу. Лечитесь, Бур, очень скоро Вы мне понадобитесь.

- Слушаюсь.

Нужно было идти, но на мгновение я заколебался. Тар ясно дал понять, что официального расследования не будет и все обвинения с меня снимут, но мне важно было понять, распространяется ли амнистия на остальных?

- В чем дело, - спросил адмирал, увидев мое замешательство, - Вы что-то хотели спросить?

- Что будет с Халом и другими офицерами, которые помогали мне защищать город?

Адмирал тяжело вздохнул.

- Я здесь не просто с инспекцией, - сказал он, - я прибыл для того, чтобы уничтожить заразу, выжечь ее под корень. Вы должны понимать, что Рок не мог действовать в одиночку. Он назвал Вам непосредственных исполнителей, но у него были и другие сообщники. Те, кто прятал грузы, снабжал их поддельными документами, загружал в трюмы.

- Я понимаю.

- Будет следствие, и виновные понесут заслуженное наказание, - твердо сказал Тар.

Я видел, что спорить и взывать к милосердию бесполезно. Мне оставалось только надеяться на то, что следствие непредвзято подойдет к каждому подозреваемому и примет во внимание самоотверженность защитников города.

Я вытащил из планшетки тетрадку и протянул адмиралу.

- Что это?

Тар с интересом повертел ее в руках и раскрыл.

- У меня не было судового журнала, поэтому все свои действия я записывал сюда. Это летопись обороны города, здесь фамилии тех, кто остался верен долгу и тех, кто дезертировал.

- Хорошо, - адмирал закрыл тетрадь и положил на стол, - я изучу этот документ.

Я отдал честь, развернулся и вышел.