Рассвет над Омутом

В этот вечер судьба решила исполнить его желание: автобус ушёл, а девушка осталась. Синьюэ лишь безразлично поглядела вслед удалявшемуся транспорту.

«Яцзы меня убьёт...» — промелькнуло у Гендзо на задворках сознания, когда он осмелился предположить, в каком ключе могла бы пройти ночь. «Хотя он скорее всего убьёт Синьюэ... Да и какого чёрта, всего-то вторая встреча». Он прикусил губу, силясь не чувствовать себя конченым подонком.

— Это ты тоже ради курсовой?.. — сипло проговорил юноша в попытке пошутить.

Девушка усмехнулась, а Гендзо в очередной раз бросило в жар, когда она нежно коснулась его щеки ладонью и пронзительно посмотрела ему в глаза.

— Теперь уже не забудешь, — произнесла она.

Гендзо почти повторил её жест, поднеся ладонь к её лицу и притронувшись к скуле кончиками пальцев. На гладкой коже не было и следа макияжа: очевидно, звонок застал её готовящейся ко сну, раз не осталось времени «наводить красоту». Он провел большим пальцем по её губам, будто вычерчивая контур. Тонкий запах яблоневого цвета от её волос.

Синьюэ бы он не спутал ни с кем.

Выпущенный на волю удав по имени Романтика вновь стиснул кольца на несчастном наёмнике. Гендзо бы и не осмелился подумать о любви, но узнать друг друга лучше, проводить дни и ночи вместе за всяческими рутинными и не очень занятиями — этого он хотел едва ли не больше, чем угодить общине.

— Так.. окрыляюще... — прошептал «бог мёртвых» в её губы, — против системы (тут он бросил убийственный взгляд на тихо роптавших наблюдателей) и ритуалов.

Осуждающий гул внезапно смолк.

Синьюэ покраснела ещё больше; без макияжа, хоть и при тусклом свете фонарей, это было особенно заметно. Она и не представляла себе, что одиночество настолько изъело её душу: бросаться в объятия первого заинтриговавшего её парня как в омут с головой. Что ошеломляло ещё больше, так это взаимность, хоть он и явно притормаживал развитие событий. Только вот последняя его фраза намекала на совершенно иную скорость. И этот стальной взгляд, которым он заставил заткнуться дюжины две людей.

Он был подобен смертельному оружию.

В её руках.

— Я, наверное, выгляжу полной... — начала было Синьюэ стыдливо.

— Я тоже, — обречённо и насмешливо выдохнул Гендзо, отстраняясь: следовало бы отпустить «опросницу» домой, пока не началось ещё что-нибудь.

«С другой стороны, как там было у Альфреда Теннисона? Лучше любить и потерять, чем совсем не любить?» В его поле зрения замаячил очередной автобус.