Кречет

Действительно, это больно — видеть, как твой брат загорается на глазах у толпы, и ни один из вечно торчащих за спиной магистров, ни даже сам Длань, не могут сбить пламя. Впрочем, Длань помочь и не пытался, спокойно наблюдал за безуспешными попытками остальных, а потом приказал перекрыть город. Покрытое белилами и искажённое в муке лицо брата до сих пор стояло перед глазами. Император не кричал, так и умер молча. Интересно, он сам сумел бы сдержать крик, сгорая заживо?

— Перестань, — Дэйн отвесил ему лёгкий подзатыльник, прогоняя страшное видение.

— Спасибо, — выдохнул Тари. — Нужно узнать, что происходит в городе.

— Позже. Нам нельзя выходить.

— Это тебе нельзя, — Тари привычным усилием загнал эмоции поглубже, взял себя в руки. — А я обычный человек, меня никто не узнает.

Под толстым слоем белил на лице и золотой краской на волосах все Императоры на одно лицо, никому не придёт в голову, что один из них ходит в толпе. Ну, если только он не столкнётся нос к носу с Дланью. Но первый советник, а в реальности настоящий владыка империи, сам по улицам ходить не будет.

— Завтра, — не терпящим возражения тоном заявил Дэйн. — Сегодня я тебя никуда не пущу. Маги сканируют город, сидим тихо, ждём.

Сканируют. Ищут проявления чужой магии. Значит Дэйну и свечку силой зажечь нельзя. А он сам хоть не маг в классическом понимании этого слова, но и не совсем бездарный. Дэйн прав, лучше выждать.

***

«Ветер, приди, облака принеси, меня с собой забери. След мой скрой, смой дождём…»

Знакомая песенка-считалка застала юного эльфа за увлекательным занятием.

Он вместе с рыжей дочкой Райса Мелисой охотился за странным порождением межмирового оазиса — крылатым лисом по имени Жулик. Имени своему зверюга вполне соответствовал, стащил у Мелисы из комнаты нарядное платье с оборками и спрятал где-то в лесу.

А сейчас непонятно кто на кого охотится. Они ищут Жулика, а он неожиданно выскакивает из кустов, небольно хватает за ноги мелкими острыми зубами и снова сбегает.

Летать как птица хитрая зверюга не умеет, зато мечется гигантскими прыжками и может неожиданно спланировать на голову откуда-то с высоты.

— Есть!

На это раз Льер был начеку, всем телом упал на вредного лиса, руками прижал крылья к мохнатым бокам. И тут услышал зов.

— Прости, — он сунул в руки девочке внезапно присмиревшего зверя, — я должен идти.

Очертил рукой круг портала и шагнул в него. Идти на зов всегда было легко, а вот возвращаться — по-разному.