Книга 6. Пожиратель Армий. Часть 2

Его войско действовало куда менее слаженно и чётко, и, пока Дьюлла уничтожала тысячу бойцов врага, он едва справлялся с пятьюстами.

Однако, в отличие от ламии, совершенно не считавшейся с потерями и ставящей во главу угла эффективность, Рей с самого начала начал относиться к своим подчинённым едва ли не как к семье. Да, он был куда медленнее Дьюллы, но и потери в его войске всегда были куда меньше.

При этом в перерывах между сражениями он не пропадал в командирской палатке, а почти всегда находился в окружении простых бойцов.

Мне, в личном разговоре, Рей признавался, что отчасти делал всё это намеренно, чтобы завоевать доверие своих людей. Но также, по его словам, вот так по-простому общаясь, он переносился сквозь годы жестокой муштры в церкви империи в то время, когда он, мелкий беспризорник, днями пропадал в трущобах с соседскими мальчишками.

Дьюлла же ничем подобным, разумеется, не занималась. Да и вообще своим отношением, а также тем, что, уже не особо скрываясь, пожирала выживших вражеских одарённых, наводила на своих солдат скорее оторопь.

В результате довольно быстро их стали противопоставлять друг другу и называть, в присущей слухам преувеличенной манере, Хладнокровным и Душевным генералами.

При этом, несмотря на все минусы характера Дьюллы, её популярность не была меньше, чем у Рея. Душевного генерала ценили за мягкое отношение и стремление сохранить как можно больше жизней. А Хладнокровного – за мастерский стиль ведения боя, оттачиваемый с каждой битвой, и позволяющий, пусть и с бо́льшим риском, заработать куда больше военных заслуг.

Однако, разумеется, наибольшие успехи и наибольшие потери были в моей армии.

В отличие от Дьюллы я не стремился к идеально выверенным тактикам и манёврам, и не пёкся, как Рей, о жизни каждого солдата.

Но, пользуясь, помимо самых базовых тактик, манёвров и построений, одним-единственным стилем безудержного прямого прорыва, я и результатов достигал соответствующих. Так к Хладнокровному и Душевному генералам присоединился ещё один. Вполне ожидаемо, Безумный.