Вернуть Боярство 7

— Павел Александрович имел право заключить предварительное соглашение о прекращении боевых действий и провести переговоры с нолдийцами, дабы обсудить все детали. А затем, согласно всем законам Империи, он должен был предоставить государю подробный доклад о проделанной работе и ждать заверенного его подписью документа, в котором тот либо соглашается на мир, либо присылает своих доверенных представителей для дальнейших переговоров... Ну или приказывает вести войну до победного конца. И будь у генерал-губернатора документ с подобным разрешением, он бы попросту предъявил его сегодня, из чего следует вывод, что все решения принимались им лично и без учета мнения монарха.

— Эм... Но разве такое возможно? — удивился Петя. — Ну, раз государь-император своего согласия не давал, то как может быть так, что рогачи целую губернию и прочее получили? А если он разгневается и решит наказать за такое? Казнят же всех!

М-да, а вот образованием парня в плане понимания внутренних политических дрязг в государстве я как-то забыл озаботиться.

Он ведь вчерашний крепостной, для которого Император — это что-то вроде бога, только на земле, и даже мыслей о том, что не все считают так же, не допускает. Пожалуй, надо будет этим вопросом озаботиться чуть позже. Тому, кто намерен стать частью высшего общества государства, не знать такого просто недопустимо.

— Гм, — чуть вскинул бровь явно удивленный Лещинский, бросив на меня вопросительный взгляд — мол, вы это серьёзно? — Скажем так, молодой человек — мир устроен намного сложнее, чем может показаться на первый взгляд, и в нём может случиться разное.

.. Но в целом — о том и речь, что Императору такое точно не понравится. И многим, очень многим другим людям — тоже.

— Петя, я тебе про Императора позже сам всё растолкую, — вздохнул я, понимая, что разговор начинает подбираться к самой сути. — Просто послушай, что умный человек говорит. Что не поймешь, потом у меня спросишь.

— Хорошо, — кивнул парень.

— Вот теперь мы пришли к третьему неприятному нюансу, о котором пусть и несколько наивно, но в целом верно заметил ваш друг, — теперь уже Лещинский обращался ко мне напрямую. — Государь подобную выходку без ответа не оставит точно. Думаю, вы понимаете, что сегодняшние события — практически публичный вызов его власти, игнорирование которого может стать весьма опасным прецендентом.