Закон Арксеона 2

Ну и в придачу ко всему он носил доспехи. Не полноценный рыцарский сет, а латные накладки на груди, спине, руках и ногах.

Битва продолжилась, и вскоре второй отряд одержал победу. Чем во многом был обязан тому самому «элитному» примату, что своей секирой разносил мелочь, словно кегли.

Победители воздели руки к небу и издали победоносный клич, после чего принялись ходить по площадке и пинать вражеские трупы, выказывая им неуважение. Осталось их чуть больше дюжины.

— Что будем делать? — шёпотом спросила Шери.

— Думаю, вон того здоровяка будет не лишним прикончить, — ответил Кабрио.

— Ага. — Девочка продемонстрировала чёрный шерстяной шарик.

— Мне интересно, почему он был так рад трупу убитого нами примата, когда их тут живых полно? Не думаю, что они были бы против избавиться от лишнего волосяного покрова. Всё-таки климат тут жаркий.

— Так давай проверим.

— Я то же самое хотел сказать. Ты ведь уже успел проголодаться, дружок? — сказал Кабрио, обращаясь к зверьку.

Кивнув, девочка примерилась и метнула волосокрада в сторону собравшихся монстров. Громко урча, шерстяной шарик описал дугу и приземлился аккурат возле ног одного из приматов.

Тот медленно повернулся. А затем, едва увидев, что к ним прилетело, издал яростный вопль и замахнулся на зверька дубиной.

Орудие почти достигло цели, когда его разнёс в щепки заряженный синей магией кулак. Вслед за Кабрио к примату подскочила Шери, схватила его за руку и пустила разряд.

Гуманоид задёргался и задымился, а второй странник уже ворвался во вражеские ряды и начал сеять смерть.

После битвы с гигантской многоножкой его показатели снова возросли, и теперь каждое попадание без шансов крошило кости и раскалывало врагам черепа, а экзоскелет позволял стремительно, словно молния, маневрировать меж их рядов.

Шери не отставала, и всякий примат, решивший броситься к ней, получал разряд молнии в лицо.

Меньше чем за минуту численное превосходство тварей сошло на нет, и осталась одна.

Взмах оказался быстрым — настолько, что странник едва успел среагировать. Но уклоняться не стал, а вместо этого нанёс прямой удар прямо в лезвие секиры.

Оружие с кулаком столкнулись и отлетели обратно, а пальцы отдались болью. Похоже, лезвие сумело их порезать. Сильный, гад.

Но с многоножкой этот вожак и рядом не стоял.