Заклинатель боли

Похоже, ребята профессионалы.

– Значит, ты считаешь, – напомнила о себе Ева, – что в академии был кто-то, кто помог нападавшим? Отключил защиту, дал сигнал, после чего все и началось?

– Именно, – я одобрительно кивнул, возвращаясь к работе над своим телом. Мне почти удалось привести нервную систему в полный порядок, и я всерьез рассчитывал, что к концу поездки закончу с этим этапом. – И я даже подозреваю, кто именно это мог бы сделать.

Заинтригованная Ева, не отрываясь, смотрела на меня.

– Кто же? – спросила она, когда взятая мной эффектная пауза затянулась.

– Валерий свет Михайлович, – произнес я.

– Глава приемной комиссии?

– Он самый.

Некоторое время Ева молчала, обдумывая услышанное. Пьянчуги в это время заерзали и принялись что-то невнятно бормотать, явно просыпаясь. Хм, странно. Я рассчитывал, что они будут храпеть все три с лишним часа поездки.

Впрочем, объяснение нашлось быстро – стоило искоса глянуть вперед, на пару магов-шпионов. Один из них сидел с закрытыми глазами, изображая спящего, но я-то чувствовал: он использует силу, чтобы разбудить моих малоприятных соседей.

Ишт-илхо, вот говнюки…

– Да нет, бред какой-то, уж прости, – вновь заговорила Ева. – Валерий Михайлович работает в академии с самого ее основания. У него хорошая должность и зарплата…

– Поверь, это играет не такую уж и серьезную роль, – ответил я. – Всегда найдется тот, кто сможет предложить больше. Или запугать. Или воздействовать еще как-нибудь.

– Но с чего ты решил, что это именно он?

– По поведению.

– Очень надеюсь, что так оно и есть, – пробормотала Ева и снова погрузилась в раздумья.

Пьянчуги к этому времени окончательно проснулись и опять стали шуметь. Да еще и пуще прежнего, поскольку до сих пор находились под влиянием мага. Похоже, тот был довольно сильным менталистом и сейчас делал все, чтобы спровоцировать меня.

Один из них достал початую бутылку водки и кусок вонючей колбасы, а второй, которому так приглянулся мой телефон, и вовсе сунул в рот сигарету и сейчас остервенело чиркал старой зажигалкой, пытаясь прикурить. Находящиеся рядом пассажиры смотрели на маргинала осуждающе, но связываться с ним по-прежнему никто не решался.