Потусторонний. Книга 1

— Я сам в недоумении, Лизавета Андреевна, — да, вроде бы Андреевна, — Вот никак не рассчитывал что вечер так закончится.

— Как ты закрыл портал, парень? — иеродиакон хмыкнул. — Ладно дар прорезался, но тут матёрые поисковики пасовали, а ты сходу источник вычислил.

— Я знал, что надо копать и копал, — пожал плечами я. Пусть думают, что умею потоки улавливать, не говорить же им про призрачную деву, вместе со мною убившую Голодного Бога? — А там демон. Я его камнем и того... Тюкнул.

— Демона? Камнем? — удивился Агапий.

— Чем нашёл, — спокойно ответил я.

— Силён, — с тенью уважения произнёс он.

К нам подошёл инок с планшетом.

— Да, ваше преподобие, совершенно точно сигнатура не зарегистрированная, — сказал он. — Этот, да?

Младший патрульный кивнул на меня. Иеродиакон кивнул.

— Оформляем? — равнодушно спросил молодой. — Женщину тоже? Или кто тут старший?

— Вы в своём уме? — ахнула Елизавета. — Что вы такое говорите...

— Девушка, вы знаете что бывает за сокрытие одарённых от государства и церкви? — вперил в неё суровый взор Агапий.

Учительница побледнела и отступила от священника. Бедняжка Елизавета, церковники пробили её моральную защиту вообще не утруждаясь. А всё потому что надо знать свои права. Когда ты их знаешь, то подобные выверты отбиваешь в один момент. Так что надо вмешиваться, пока девушку совсем не запугали.

— Вы не имеете права задерживать ни меня ни Елизавету Андреевну, господа, — сказал я. — Срок самостоятельной регистрации дара двое суток с момента его открытия. Выходя за территорию интерната каждый ученик или работник обязан проходить сканер.

— Малыш, с тобой никто не разговаривает, — фыркнул инок, но Агапий глянул на коллегу с лёгким осуждением.

— Грубо. Эта жестокая психологическая травма вряд ли останется со мною до конца моих дней, а вот на вашей карме отзовётся точно, — не удержался я.

— Язык прибери, а? — инок побагровел.

Я представил, как выдираю у него ноги. Как у комарика. Одну за другой. Мечтательно улыбнулся, но сдержал очередную колкость. Хватит их задирать. Вместо этого демонстративно изобразил как застёгиваю молнию на губах и выбрасываю ключик за спину. Инок аж задохнулся от возмущения, но его остановил начальник.

— Отставить, Сергеев, — подал голос иеродиакон, обратился ко мне. — Смотрю, ты подкованный, парень-убивший-демона-камнем. Молодец.

— Хорошо учился. Вроде бы...