Последний Паладин. Том 1

Учтена скидка обладателя метки и мое доброе настроение, — добродушно улыбнулся Пахом.

— Ладно, как пожелаешь, — махнул я рукой на вещи, за которые мне явно нигде больше не предложат. По хитрому лицу Пахома знаю, что это так.

А если бы я и смог выручить в другом месте лишние пару сотен, то они бы не перекрыли репутационные потери.

Я ведь понимаю, что Пахом перепродаст эти товары обратно владельцам. На каждом из отобранных мной украшений была гравировка или иной маркер принадлежности.

Я нарочно брал только то, что владельцы непременно захотят вернуть. И когда им это удастся, то будут мне благодарны просто за то, что я оставил им эту возможность. А это добавит пару плюсов в мою карму.

Теневой квартал не особо большой, и если я действительно захочу здесь остаться, то начинать зарабатывать репутацию нужно уже сейчас.

Получив разрешение, Пахом ловко убрал с прилавка украшения и вернул свой меланхоличный взгляд на меня.

— С твоими вещами я тоже закончил, — заговорил старик, — семнадцать тысяч двести двадцать два импа за все. Желаешь продать все или что-то оставить?

— Пожалуй, оставлю все себе, — улыбнулся я.

— Уверен? — скрывая разочарование хмыкнул Пахом.

— Абсолютно. Учтена твоя попытка меня защитить от Малого, помощь с направлением и мое доброе настроение.

— Злопамятный, да? — сощурился старик.

— Скорее, справедливый, — внес я ценное уточнение.

После чего взял с прилавка свой чемодан и направился к выходу.

Проверять все ли на месте я не стал. Пахом хоть и явный спекулянт со стажем, но честный. Если же вдруг окажется, что нет, дорогу назад я знаю.

— Выйдешь живым после встречи с боссом, приходи за своей справедливостью, — бросил старик мне вслед, чем заполучил еще пару плюсов в свою репутацию.

Одна фраза дала одновременно и предостережение, и совет.

Все же в людях я ошибаюсь редко. Стоит стать для Пахома «своим», и вести с ним дела станет намного выгоднее.

Только вот вопрос, почему он не считает «своим» Главу собственного Клана? Личные счеты или причина глубже?

С этой мыслью я выбрался под прохладный сентябрьский ветер. Из троицы моих наблюдателей на посту остался лишь один, да и тот, уже не скрываясь, просто стоял у дальнего столба.

Махнув ему на прощанье, я покинул Теневой квартал и за десять минут без происшествий добрался до оживленных улиц.