Страж Кодекса

— Да ну тебя, — махнул дед рукой и обратился ко мне: — Так что, что это за парень-то?

— Шереметьев Владимир Александрович, — с ухмылкой сказал я.

Старик вжал педаль тормоза прямо на трассе. Машина резко остановилась, Славик с характерным «УаУ!» улетел на приборную панель, а авто, что следовали за нами, чуть не создали аварию и гневно засигналили.

— Твою мать, Белый! Ты мне там рассаду не помял?! — закричал Ефрем, обернувшись к багажнику.

— Шереметьев? — холодно спросил дед, повернув ко мне голову.

— Ага, — ухмылялся я. — Он самый.

Старик вздохнул и покачал головой.

— Ох, мои седины... То внук пробудился и уже Архимаг, то внучка врага в дом привела... Предки смеются надо мной.

— Да им срать на тебя с высоких небес, Белый, — хохотнул Ефрем. — А вот то, что он враг, это да, хреново. Я даже удивлен, что ты его не прикончил, парень.

Я пожал плечами и ответил:

— Одну из моих проверок он прошёл, да и гнили за ним нет, я всё проверил.

— Ага, главное, чтобы этот цветочный запах потом не стал говном отдавать, — хмыкнул Ефрем. — Ну или чтобы в подоле не принесла. А иначе всё... Финита ля комедия.

Мы так и стояли на трассе, а нас начали объезжать, крича, что мы мудаки и всё в таком роде. Но нам было как бы всё равно.

— Ладно, — завёл дед машину, и мы двинулись с места. — Надо будет пообщаться с ним и, если что, гнать взашей.

***

Императорский Дворец... Несколько часов спустя...

— Значит, он улетел с Беловыми в Царицын, — сухо сказал император, стоя у окна и смотря на город. — Что наши друзья?

— В аэропорте Домодедово схвачены и нейтрализованы двое разведчиков, — читал полученный рапорт командир Имперской Службы Безопасности. — По данным допросов из Австрии и Британии.

— Ожидаемо. Ефрем Корнелию и Генриху в своё время пятки хорошо отдавил.

— Ваши приказы, государь? — деловито осведомился мужчина в чёрном плаще.

— Отправь в Царицын жандармов. Три двойки. Пусть держат руку на пульсе и докладывают. Чувствую, что эти разведчики были подсадной уткой.

— Будет исполнено, — вытянулся мужчина по струнке и покинул кабинет.

Александр постоял возле окна ещё немного, а затем вернулся за стол. Работа никуда не делась и постоянно копилась, сколько её ни делай.