Бродяга. Копьё Света.

Деньги за мясо и выпивку, предусмотрительный хозяин, знающий что ждать, взял сразу.

Следующим проверить свои силы решил гном. Эль – традиционный напиток его народа, рецепты каждой из семьи элеваров передаются в строжайшей секретности из поколения в поколение. Гном, как и братья-воришки начал с мяса. Опустил в рот первый кусок, потом второй, запил их двумя глотками эля и прожевав проглотил. Так произошло с третьим и четвертым, пятым и шестыми кусками, как и с глотками эля. Гном медленно пережевывал и запивал, растягивая время опьянения.

И это помогло бы, будь эль гномий, а не сивийский. А мясо Южного копчения, а не пряного по-местному рецепту. Итог такой же, как и у братьев Ситир. Лишь выпил он половину, а не четверть, как они. Уснул там же, за стойкой, тихо похрапывая.

- Моя очередь! – сказал полуифрит, родом из южных земель. Он был уверен, что эль и мясо его не возьмут. Ведь крепость алкоголя никогда не была для него проблемой, жар опьянения на него, как на мага огня не должен влиять.

По крайней мере так было всегда.

Но не в этот раз. Придерживаясь той же тактики, что и гном, медленно пережевывая мясо и запивая его глотками эля, огненноволосый маг опустошил половину бутылки и тарелки. Крепость ударила его по голове, тело перестало слушаться, движения стали рваными, неточными, речь и мысли не поспевали друг за другом. И это лишь половина порции. Но он упрямый и просто так не отступит. К тому же, после него некому будет принять на себя огонь эля и мяса.

Шед – человек, такой крепости ему не выдержать и не перенести. Он свалится от пяти глотков и одного куска мяса, как и братья Ситир.

Поэтому маг взял еще кусок мяса, прожевал и запил глотком эля, ощущая вместо крови бегущую по венам кипящую лаву, а в глазах, глотке и даже на кончиках волос танцующие язычки пламени его же стихии. Он словно горел изнутри, и казалось, вот-вот расплавится. Понимая, что в бутыли осталась всего лишь четверть литра, а на тарелке два куска мяса, следовательно, до победы один шаг, не понял, как потерял сознание, оказываясь подхваченным и усаженным за стол к тем, кто проиграл.

Надежда у героев только одна:

- Шед, твоя очередь, - сказала Дева, показывая на мясную нарезку и бутыль эля.

Мечник не стал затягивать, лишь перед тем, как приступить к выпивке и закускам, скинул с себя жилет и обувь, оставшись в рубашке и брюках, а так же снял с перевязи меч, прислонив его к стойке бара.