Путь отречения. том 2 (I часть) Последняя воля

— Достаточно, — мрачно сказал Марк, подняв на Парамана тяжелый взгляд. — Я ценю вашу поддержку, герцог, но мне сейчас не до веселья.

Протянув ему мясо, Параман убрал оставшиеся куски обратно в сумку и, не ответив на безмолвный вопрос Тори, знаком попросил его допить молоко.

— Что ж, по коням. — Подождав, пока Марк доест, он встал и, отряхнув, перекинул через седло подмокший плащ. — Держитесь оба за мной. Как выйдем на тракт, будьте внимательны. Особенно ты, Эринма: помни, о чем я тебе сказал. Королю сейчас ой как нужен Горгот.

— По-моему, вы не особо думали об этом, когда мне угрожали, — с улыбкой заметил Тори, вскакивая в седло.

Параман пожал плечами.

— Я не угрожал, мой друг. Нет людей незаменимых, сам знаешь. Однако если отец доберется до меня и Лирамель, вряд ли кто-то сумеет остановить его: он перебьет остальных поодиночке. Ты слишком много знаешь и уязвим, Эринма. А поддержка Лафаста нужна и мне, и Ее Величеству. — Сев верхом, Параман погладил фыркнувшего Снежка по белоснежной шее и, понизив голос, добавил: — Так что постарайся не наделать глупостей.

— Лирамель не допустит войны, — вмешался Марк, внимательно слушавший их разговор. Развернув лошадь так, чтобы видеть их обоих, он слегка поклонился Параману и полунасмешливо улыбнулся: — Не думаю, что вы до конца понимаете ход ее мыслей, Ваше Высочество.

Почувствовав, как поднимается из глубины сознания холодная ярость, Параман отвел взгляд и презрительно скривил губы:

— Пусть твоя жена вначале сумеет покинуть Королевство, Хэмали. Полнолуние полнит лес тенями, и нет ничего, что могло бы укрыться от них. Даже Якир, который многим даст фору, и тот пал бы, если бы мой отец это пожелал.

— Что вы имеете в виду? — прищурился Марк, и в голосе его явственно послышался страх.

— Только то, что сказал, — кивнув побледневшему Тори, который уже понял, кто был послан за Лирамель, Параман тронул поводья. — Если ты хотя бы на минуту подумал, что я уповаю на кого-то, кроме самого себя, то жестоко ошибся. Тебе еще многому предстоит научиться, но начинать всегда нужно с молчания. Кто умеет молчать, тот получает право на первый ход.

К полудню из-за припекающего солнца им пришлось свернуть к опушке и снова идти лесом.