Сердце в броне

Что делать-то будешь?

– Не знаю, – признался Рустам. – Я вообще-то о возвращении и не думал. Все-таки там мой дом, семья. Все знакомо, все привычно. Родина. Только-только зажил по-человечески, работать начал, машину купил…

– Это такая повозка, про которую ты рассказывал, что она без лошадей может ездить, на одних только деньгах? – уточнил Гарт.

– Угу, – кивнул Рустам. – Я, правда, немного по-другому объяснял, но суть ты уловил верно, закидываешь туда деньги, и она едет. Проблем с этой повозкой зачастую больше, чем пользы, но что поделать, в моем мире без нее трудно.

Вот я и купил себе такую повозку. В общем, все у меня было нормально, иногда, правда, хотелось все бросить и вернуться в Глинглок. Да только что бы я здесь делал? Война-то ведь закончилась.

– Да, – согласился Гарт, – война закончилась. Мне очень жаль, что тебе пришлось покинуть родину.

– Мне тоже. Но что поделать, там я умру, здесь буду жить. И никто в этом не виноват, кроме меня самого. Слишком я расслабился, размяк, вот и получилось то, что получилось.

– Ты изменился, – заметил Гарт, – возмужал. Уже не мальчишка – мужчина.

– Возмужаешь тут, – смутился Рустам, – чем меня только не протыкали и не рубили. Тут и копье, и топор, и меч, и даже заурядный нож.

– Надоело?

Рустам хотел уже ответить «да», но перехватил взгляд друга и задумался.

– К чему ты это? – спросил он у Гарта.

– Ты вернулся, – улыбнулся Гарт. – Там, у себя, ты мог быть кем угодно, но здесь ты рыцарь, братец. И этим все сказано.

– То есть…

– А то и есть.

У рыцарей служба бессрочная. Раз вернулся, то должен решить, готов ты к новым передрягам или не готов. Если готов, тогда обязан явиться к здешнему маркграфу, отметиться и получить назначение как рыцарь глинглокской короны.

– А если не готов? – тихо спросил Рустам.

– Все равно должен показаться у маркграфа, отметиться и попросить, чтобы тебя перевели в списки дворянского ополчения. Это значит, что, пока не начнется война, ты свободен как ветер в поле и волен делать все, что тебе заблагорассудится.

В этом нет ничего зазорного, – добавил Гарт, – многие рыцари именно так и поступают.

– Я не знаю, – растерянно произнес Рустам. – Все так неожиданно произошло. В который раз все с ног на голову. Я не могу…

– Рустам, – мягко прервал его Гарт, – не напрягайся. Я не маркграф и не король, я твой друг. Не торопись, обдумай все, реши, а потом вместе пойдем к маркграфу. Хорошо?

– Хорошо.

– Вот и ладушки. А сейчас пошли-ка, братец, спать.