Верой и правдой

Граф пристально посмотрел в глаза своему главному оружейнику и, отбросив перо, в сердцах стукнул кулаком по столу.

– Твою в черта душу мать! Тридцать золотых только на тетиву для одной баллисты! Это просто прорва какая-то, золото исчезает бесследно, как в ладони гнома. Твою мать! – Граф еще раз стукнул кулаком по столу, затем резко поднялся. Подойдя к резному шкафчику из ценных пород дерева, достал из него запыленную бутылку с вином. Наполнив высокий бокал, залпом выпил, снова наполнил, снова выпил.

В третий раз наполнил два бокала, один из них дал гоблину: – На, выпей. Пей, пей, нечего миндальничать! – прикрикнул граф, видя, что гоблин лишь пригубил.

Оружейник Бруно сделал несколько глотков и поставил бокал на стол, допив лишь до половины.

– Больше нельзя, ваше сиятельство, – сказал он твердо. – Руки дрожать будут, а мне сегодня еще работать.

– Да, ты прав, у тебя много работы, – устало отозвался граф. – У меня ее тоже много, но дрожь в руках моей работе не помеха, а нервишки успокоить необходимо, так что я допью.

Граф выпил бокал до дна, поставил его на поднос и, присев на краешек стола, пристально посмотрел на гоблина:

– Сможешь договориться с бартлендскими, чтобы отпустили сухожилия в кредит? Хоть под самый высокий процент.

– Нет, ваше сиятельство, – печально мотнул головой гоблин. – Мы на краю гибели, никто не даст нам в долг ни под какой процент. В деловом мире нас уже списали со всех счетов.

– И что, Бруно, как думаешь, мы себя тоже уже списали со всех живых счетов? – с горечью прищурился граф.

– Нет, ваше сиятельство, – твердо ответил гоблин, посмотрев графу в глаза. – Пока вы с нами, мы себя еще не списали.

Граф усмехнулся и с благодарностью потрепал коренастого оружейника по плечу. Но минута слабости уже прошла, резко выпрямившись, граф снова сел за стол и решительно взял в руки перо.

– Вот поручительство к моему казначею. Получишь по нему золото и отправишь немедля в Бартленд одного из своих парнишек посмышленей.

Свяжешься с Вастеро, пусть выделит для него необходимое количество охраны. И вот еще что, пусть твой человек закупит не двадцать восемь, а сорок восемь комплектов нужных тебе сухожилий. Наберется такое количество в Бартленде?

– Наберется, ваше сиятельство… – неуверенно протянул гоблин. – Но почему сорок восемь?

– Потому что каждая баллиста должна быть готова выстрелить сто пятьдесят раз, иначе мы себя и сами можем списывать со всех счетов.