Путь безнадежного

Врут все же книги, нет там ничего про алчность, с которой эльфийские руки с длинными музыкальными пальцами ломают нежное девичье тело.

А девушка молит своего мучителя о пощаде, а девушка бьется в чужих руках, и в какой-то миг им становятся видны ее серые глаза, в которых плещется жуткий ужас, и становится ясно, что перед ними совсем еще девочка, которой едва ли исполнилось тринадцать. Дайлин, не вынеся нового кошмара, издает сдавленный звук, но Гарт резко зажимает ему рот своей широкой ладонью. Часовые все еще смотрят в их сторону с плохо скрываемой завистью.

Нельзя, нельзя шуметь.

Лучник срывает одежду и коленом прижимает к земле белое девичье тело. Затем также неторопливыми, хозяйскими движениями начинает снимать с себя штаны. Девочка уже не бьется, а только тихо плачет, повторяя:

– Мама, мама, мамочка.

Дайлин судорожно дергается, но Гарт начеку, Гарт опытен и редко теряет голову. Гарт знает, что единственно правильное решение сейчас – это затаиться. И поэтому он крепко обхватывает Дайлина двумя руками, прижимая к земле и сильно закрывая рот.

– Мама, мама, мамочка.

Эльф наслаждается, он не торопится и ничего не боится. Люди рассеяны и разбиты в победоносном сражении, вся страна лежит перед их армией, как эта девчонка перед ним, трепещущая и беззащитная. Нет, он смакует каждый момент, он никуда не торопится, этот эльф. Изящным жестом он откидывает назад прядь золотых волос, упавших ему на глаза, блестящие зеленым светом в предвкушении, тонкие губы кривятся в плотоядной гримасе.

Он будет груб, жесток и груб, так удовольствие будет полней. Пожалуй, можно уже и начинать, но он еще раз откидывается назад, стоя на коленях над своей добычей. Он хочет еще раз окинуть хозяйским взором свои владения.

– Мама, мама, мамочка.

И Гарт понимает, что он все же допустил ошибку. Он отпускает Дайлина и делает рывок, но поздно: серой молнией выскакивает из зарослей Рустам. Побелевшие от напряжения пальцы сжимают кривое древко, зубы ощерены в жестком оскале, три длинных прыжка покрывают короткое расстояние до цели.

Эльф успевает поднять голову на шум, он опытный солдат, но он был слишком беспечен, слишком уверен в своей безнаказанности и за это наказан. Лучник не успевает даже вскочить или поднять руки. Только поймать взгляд горящих черным огнем глаз на необычном смуглом скуластом лице.

Это только кажется, что копьем бить нетрудно. Владению любым оружием надо учиться, даже простая палка с наконечником на конце требует определенной сноровки.