Амаранта: Бунтарка Империи

Единственное, что вы можете сделать сейчас, — это убедиться, что вы делаете что-то стоящее в свои дни, что-то меняете, оправдываете свое выживание».

Один из охранников фыркнул. — Хочешь, я заткну ей рот, босс?

Бэзилард сделал несколько жестов руками. Амаранта не могла сказать, представляет ли это собой язык или просто какой-то код, который он разработал со своими людьми. В любом случае, охранник пожал плечами и откинулся назад.

Паровая повозка остановилась прежде, чем Амаранта успела завершить свои попытки уговорить Базилара.

Двое охранников схватили ее за руки и толкнули в ночь. Ее товарищи, подвергшиеся такому же насилию, последовали за ней.

Вырисовывалась задняя часть особняка Форджа, зубчатая крыша темнела на фоне звездного неба. Сосульки свисали с желобов, как кинжалы. Груды снега окружали подъездную дорожку, и гравий хрустел, когда они шли к дому.

Охранники повели Амаранту и ее людей через унылые подъезды, вниз по лестнице и в незнакомую часть особняка. Она высматривала возможности для побега, но Арбитан, должно быть, приказал всему отряду мужчин сопровождать их.

Даже если бы ее руки были развязаны, а ее команда вооружена, шансы сделали бы конфронтацию самоубийственной. Сила не освободит их.

Амаранта приблизилась к Базилару, когда они спустились по другой лестнице в коридор без окон с бетонным полом.

«Император Сеспиан — хороший человек», — сказала она. — Вы бы могли это увидеть, если бы Холлоукрест не держал его под наркотиками. Он хочет помогать людям — рабочим, а не богатым представителям бизнес-элиты.

Если бы он знал о драках на пит-лейн, он бы положил им конец».

Бэзилард остановился. Амаранта с надеждой смотрела на него, но он просто толкнул тяжелую дубовую дверь. Перед ней зияла черная камера. Он сделал короткий жест, смысл которого ясен.

Амаранта вошла, но как только переступила порог, повернулась лицом к коридору. Пока Мальдинадо и остальные сидели внутри, она попыталась в последний раз.

«Если вы не сделаете ничего, чтобы остановить Арбитана, вы будете так же виновны, как и он, в убийстве первого тургонианского лидера, который заботился об укреплении отношений с другими странами, а не о их разрушении.

Арбитан, Ларока и их номинальный император-император принесут темные и коррумпированные времена. Сможешь ли ты жить с самим собой, зная, что будешь частью этого?»

Дверь закрылась перед ее носом, погрузив камеру во тьму.

— Очевидно, ты можешь, — пробормотала Амаранта.

— Думаю, в карете ты был ближе, — сказал Букс.