Рождён среди однажды умерших

С дополнительной ношей парень изрядно замедлился и теперь чувствовал, как с каждой секундой земля под ним сотрясалась всё сильнее, а дыхание кабана становилось ближе.

Лука, уже имея подобный опыт, ни разу не брыкнулся, прекрасно осознавая, что на своих двоих ему прямая дорога на убой. Спокойно лёжа на плече Касьяна, он отчётливо видел огромный пятак, который с каждым мгновением становился всё ближе и ближе. И это ему ещё повезло, что зверь позабыл визжать, полностью сконцентрировавшись на погоне, в противном случае его бы каждый раз обдавало душем из слюней и соплей.

«Знакомая ситуация», – предавшись воспоминаниям, подумал Лука. – «Ну хотя бы приходится убегать только от одного монстра, но зато какого».

И стоило ему только закончить свою мысль, как по округе пронёсся поросячий визг. Из леса позади десятиметрового кабана с обоих сторон на дорогу начали выбегать полосатые кабанчики, выглядящие точь-в-точь как последняя жертва Луки.

Спустя всего пару секунду количество поросят выросло почти что до сотни.

Касьян прекрасно осознавал всю патовость ситуации. Они не могли задержаться даже на парочку секунд, которых толпе кабанчиков хватило бы, чтобы успешно взять их в кольцо. Раз ускориться не получалось, оставался только один вариант – надо каким-то образом замедлить преследователей.

«До чего же я удачно решил очистить всю провизию от слабительного», – похвалил сам себя Касьян, напрочь позабыв, что если бы он не стал издеваться над Лукой, а сам зарезал кабанчика, тот бы и пискнуть не успел, и никакая погоня не состоялась.

Проникнув телекинезом в сумку, Касьян нащупал быстро необходимый пузырёк. Вытащив оттуда зелёную каплю, он оглянулся назад, поняв, что план может рухнуть ещё до попытки его реализации.

Глаза Касьяна заметались по сторонам в поиске решения, но он побоялся упустить даже малейшую возможность, потому приказал Луке внимательно наблюдать за кабаном:

– Сразу же скажешь мне, когда он откроет свою харю!

Так как Касьян держал каплю с ядом у себя за спиной, то Луке не пришлось напрягаться, чтобы понять причину сказанного.