Рождён среди однажды умерших

Он понял, что никто не проснулся, потому что это было направленное воздействие лишь на него одного, очень схожее с тем, что провернул Исидор. Касьян ведь тогда никак не пострадал, хотя сам Лука отчётливо понимал, что он мог захлебнуться по-настоящему.

И сейчас, скорее всего, для двух братьев он не издал ни писка, ни шороха, поэтому никто из них и не проснулся. Поэтому никто ему и не поможет. Лука остался один на один с неизвестным врагом в абсолютной темноте, даже не понимая, что с ним собираются делать.

И это незнание пугало больше всего.

Тем временем Касьян уже давно не спал, сидя на своей кровати и молча наблюдая то за дёргающимся Лукой, то за входной дверью. В комнате, конечно же, было темно, но ему хватало лунного света, проникавшего сквозь щели и трещинки в оконных ставнях, чтобы видеть всё вокруг. Одним словом, никакой кромешной черноты, превращающей окружение в плоскость, вовсе и не было. Он прекрасно видел, как из-под щели между полом и дверью просачивалась серая дымка, укутавшая голову Луки облакообразным коконом.

Однако лёгкий пробирающий холодок чувствовал и он. Ночи, конечно, здесь не были тёплыми, но к такому Касьян привык, потому мог ощутить хоть и слабое, но всё же потустороннее покалывание, исходящее из-за закрытой двери и от серой дымки. Но происходящее нисколечко его не пугало, и он молча продолжал наблюдать.

Когда Лука перестал шевелиться, Касьян намеревался вмешаться, но серая дымка неожиданно начала растворяться в воздухе.

Стоило только кокону исчезнуть с головы подростка, как его тело сразу же расслабилось. Лука выглядел так, словно испытал величайшее облегчение в своей жизни.

Заметив исчезновение серой дымки, Касьян сразу же перевёл взгляд на дверь, почувствовав за ней новую ауру. Он внимательно вглядывался, стараясь понять, кто избавился от предыдущего противника, решив занять его место.

Но сколько бы Касьян не всматривался, так ничего и не происходило, тем не менее, судя по проникающим сквозь дверь розовым духовным нитям, враг никуда не уходил.

Выждав немного, он подумал, что противник, вероятнее всего, хоть и не видел нитей, исходящих от него, однако мог прочувствовать их при столкновении со своей душой. Взяв меч, Касьян собирался резко вскочить с кровати и броситься на врага, но так же быстро передумал.

Лука встал с пола раньше, ловко выпутавшись из простыни и слегка подкашиваясь, словно спросонья, отправился к двери.