Рождён среди однажды умерших

Неожиданно для Касьяна лязганье затихло, и колдун с воином попрятали мечи в ножны, остановившись в воздухе над дубом. Парень не знал, хоть и догадывался, почему это произошло, поэтому, как и раньше, продолжать бездействовать больше не мог. Моментально приняв неординарное решение, Касьян выскочил из своего укрытия и, встав между жёлудем и гостями, заговорил:

– О великий колдун! О добрый молодец! Я премного благодарен вам за то, что откликнулись на мой зов…

«Помогите!» – дважды прозвучал голос жёлудя у парня в голове.

Это стало неоспоримым доказательством вины плода в случившемся и верности доводов Касьяна. Как парень и предполагал, жёлудь отправил им мысленные сообщения, чтобы привлечь внимание пролетавших мимо мужчин. Но что это вообще было?

Неужели в отчаянии жёлудь понадеялся на удачу или же знал, что эти двое откликнуться на его зов? А самым странным было то, что они действительно оторвались от напряжённой дуэли всего из-за одной просьбы. Это наталкивало на мысль, что жёлудь был с ними знаком, откуда и могла исходить подобная уверенность в спасении.

И такой расклад совершенно не радовал Касьяна, ибо старик с молодцем значительно превосходили его, сходу лишая возможности на сопротивление. Что уж думать, парень даже не мог определить их уровни силы, а это о многом говорило. Минимум шестая стадия, когда он даже с кабаном на пятой справиться не может, а последний даже самой простой магией пользоваться не умеет.

Всё это сулило лишь провал попытки к бегству, потому выйти из укрытия по собственной воле не казалось столь уж глупой затеей.

– Я был бы невероятно признателен этим доблестным мужам, окажите вы мне помощь, – парень со всей дури потянул за хвостик плода, демонстрируя, что сам он справиться не может.

К моменту, как Касьян договорил, старец и молодец спустились с неба и встали на платформу рядом с ним. Посмотрев на этих двоих, юноша забеспокоился, ибо никто из новоприбывших не проявлял энтузиазма и не спешил ему на помощь. Однако, даже если его план уже провалился, Касьян был готов отыгрывать роль до последнего, так как ему всё равно больше ничего не поможет.