Раскол света

С недовольной ухмылкой молодой человек дополнил заговор ещё тремя рунами. Нашептывая новый заговор, он нацарапал их небольшим рабочим ножом, который всегда носил с собой. Стены дома сразу же отреагировали и секунду резонировали, после чего смолкли. Непонимающий человек даже не заподозрил бы, что теперь этому дому не страшны сглазы и разрушительная магия.

Молодой человек обернулся и взглянул на печь.На ней сначала начал виднеться лохматый силуэт. Спустя пол минуты материализовались зелёные глазки и маленькие ручки. Домовёнок сидел на печи и внимательно следил за каждым движением пришельца.

Пришелец открыл свою сумку, вытащил узелок с едой и положил его на стол. Приступив к трапезе, пришелец посмотрел на домового и сказал:

– Присоединяйся, бери хлеб. Ты должно быть очень голоден. Ты ведь никогда не ел…

В ответ домовой оглядел комнату своими ярко зелёными глазками, но не обнаружил больше никого.

– Я не причиню тебе вреда, обещаю, – сказал незнакомец, отломил ломоть хлеба и положил на стол перед собой.

Домовёнок резко засуетился. Он стал метаться, а затем залез в саму печь. И суде по всему продолжил смотреть на незнакомца оттуда.

– Мой стол, твой стол! Мой дом – твой дом! Моя семья – твоя семья! – произнёс незнакомец.

Это были первые три пункта из заговора по примирению с домовым. Однако ответа от домовёнка не последовало.

– Я буду безмерно благодарен, если ты поведаешь мне, что случилось с моей матерью и её мужем, – наконец сказал незнакомец.

– Волослав?! – робко послышалось из печи. Голос едва прорезался.

– Собственной персоны, – кивнул молодой человек с голубыми глазами.

Домовёнок аккуратно выглянул из печи. Из темноты показалась мордашка.

– Смелей, я не ведьма. Домовых не ем.

Домовой засветился улыбкой. Его детские глазки прослезились. Он ловко скакнул на стол к куску хлеба.

– А где же ты был? – спросил домовёнок прослезившись. Его голос детским и каким-то потусторонним. Но Волослав был к этому готов.

– Меня воспитывал Даал.

Домовёнку это имя ничего не сказало. Не удивительно. Знание о мире у домового духа ограничивались природными инстинктами и услышанными в доме разговорами.

– Это Кощей, – пояснил Волослав.

– Ой! – ужаснулся домовёнок.

– Он не плохой, – заверил Волослав. – Он многому меня научил. Теперь я готов жить самостоятельно.

– А ты больше не уйдёшь? – спросил домовёнок голосом трёхлетнего ребёнка.