Раскол света

Клятва давалась на древнем диалекте, который Волослав понимал плохо, но понял, что Зюк читает заговор. О том что это заговор отречения от самого себя и служения Волослав не знал и пнул Зюка от себя. В полёте Зюк дочитал заговор и открыл глаза. Согласно ритуалу, первый кого он увидит и будет его хозяином. В Тьме с этим проблем не было, так как обычно к тому моменту как чёрт успевал открывать глаза все остальные кроме нападающего были либо мертвы, либо разбегались. Посмотреть на кого-то другого было проблематично.

Спустя мгновение раздался крик. Нет, этот крик принадлежал не Зюку. Закричал Павел. Именно Павла увидел Зюк.

Молодой священник упал на колени и взвыл от боли. Он держался за правую руку. Волослав бросил несколько рун, чтобы снять заговор, но четно. Адские заговоры оказались Волославу не под силу.

– Покажи! – рявкнул старый чёрт.

Он выхватил правую руку Павла и начал осматривать. Осмотрев, он вздохнул и сказал:

– Всего-то?

– Всего-то??? – переспросил Волослав, предварительно бросив несколько рун и фиксирующий заговор в Зюка, чтобы тот не сбежал.

– Смотри, на его правой руке всего лишь проступила руна.

– Я такой раньше не видел. Что за руна? – напряжённо повышенным тоном спросил Волослав.

В это время Павел и вовсе потерял сознание от приступа боли.

– Теперь Зюк принадлежит ему. – хриплый голосом сообщил старый чёрт.

– Не понял.

– Зюк прочитал заговор самоотречения в пользу выбранного хозяина. Ритуал древний как мир. В данном случае из-за того, что ты его пнул он бросил взгляд на Павла, тем самым закончив ритуал.

– Что? – глупо переспросил Волослав, будто он не услышал сказанного.

– Теперь Зюк – его вещь. – пояснил Епифидор. – Зюк будет верно служить Павлу пожизненно.

– А если предаст?

– На нём тоже проступила эта руна клятвы.

– Снять руну можно? – прежней решительной интонацией спросил Волослав.

– Убив одного из носителей конкретной клятвы. – пожал плечами Епифидор.

– Руна так болезненна? – посмотрев на потерявшего сознания священника спросил Волослав.

– Знаешь, для меня это небольшой укольчик. Будто тебя комарик укусил. Но я древний чёрт, а он человек. Болевой порог несоизмеримый.